С императорской помощью все сведения о Ярославе были стёрты отовсюду. Его прогнали не только из рода, но и из Российской империи. Ты должен понимать, насколько ужасным был его проступок, чтобы с ним так поступили. И видишь ли… Нет, это уже лишнее. Я ответил на твой вопрос, кто это такой? — сурово смотрит на меня дедушка.
— Не полностью.
— Подробности тебе не нужны. Можешь забыть про Ярослава — по моим сведениям, он умер в Европе. Откуда ты вообще о нём узнал?
— Я же сказал, мой отдел информационной борьбы хорошо делает свою работу.
— Вот как? Ну, это неудивительно. Они с Ильёй общались, да. Частенько видел их вместе. Судя по всему, одного поля ягода, — морщится дед. — И что, ты думаешь, это может указывать на кукловода?
— Вполне. Теория такая: Ярослав обзавёлся деньгами и влиянием в Европе и сохранил связь с Жаровым. Потому что мои хакеры говорят, Илья Романович регулярно получает деньги от европейских компаний, и платежи выглядят подозрительно.
— С Ярослава сталось бы организовать какой-нибудь незаконный бизнес, — князь морщится. — Но я почти на сто процентов уверен, что он мёртв.
— А вдруг нет? Что, если ваш брат и князь Жаров действуют вместе, собираясь отомстить вашему роду и завладеть Династией? А может, и титулом тоже? Только не пойму, при чём здесь Череповы.
Григорий Михайлович задумчиво поглаживает бороду и ничего не отвечает.
"— Вряд ли. Я думаю, что Жаров действует сам. Хотя могу попросить людей, чтобы они навели справки в Европе. Пусть проверят, может ли Ярослав быть жив.
— Только очень осторожно. Если он кукловод, нельзя его спугнуть, — говорю я.
— Конечно. Я поручу это дело Ромэну, у него много связей за границей, — отвечает дедушка и встаёт. — Идём спать. Завтра тяжёлый день, мы оба должны отдохнуть. Ты сегодня много сделал. Не верится, что прошёл всего один день, как ты вернулся из Рязани…
— Да уж.
— Завтра все мужчины нашего рода приедут сюда. Мы всё обсудим. Надеюсь, что получится договориться, — не слишком уверенно произносит дедушка, открывая дверь и пропуская меня вперёд.
Поднявшись на второй этаж, мы прощаемся и расходимся в разные стороны. Я останавливаюсь у комнаты матери и прислушиваюсь, но там тихо. Похоже, мама спит.
Качаю головой. Всё ещё не знаю, как решусь рассказать ей страшную новость.