Тем временем терминал запустился, а его фронтальная панель отъехала в сторону, обеспечив доступ к панели управления. Но ни дисплеи, ни органы управления не интересовали PR-0 — лишь вереница разъемов, к одному из которых он тут же подключился.
Машина не знала и не могла знать, что такое эмоции. Они даже в теории не могли проявиться у кремниевого разума, так как он являлся отличной от органической формой жизни. Разумные галактики могли и создавали программные имитаторы эмоций, но сама машина их испытать не могла.
PR-0, получив полный доступ в беззащитную систему терминала связи, обеспечивающего шифрование и маскировку передаваемых сигналов, не разочаровался. Он по своей природе не мог этого сделать. Но исключить терминал из перечня первостепенных задач палач мог, что и было им проделано.
Последующих экспресс-анализ практически пустых хранилищ терминала положение лишь усугубил: помимо непосредственно программы связи, на этом устройстве не было ничего представляющего хоть какой-то интерес.
Дроид-палач отключился от терминала, а спустя несколько секунд тот с размеренным жужжанием приводов скрылся под полом, фактически удвоив свободное пространство рубки. PR-0 вновь подключился к бортовому компьютеру, дав всем присутствующим на борту дроидам команду на формирование резервных копий своих программ и накопленных данных.
Глава 8
Директива № 8: Следование директивам обязательно и первоочерёдно.
Полноценно включиться в работу дроид-палач так и не успел: его вновь потревожили, передав обладающее высоким приоритетом сообщение через внутреннюю сеть корабля.
Но на этот раз — с более подробным планом действий и обновлёнными базами данных.
— Девочка, следуй за мной. Тебе не причинят вреда. — Сказал палач — и повернулся к застывшему истуканом органику спиной.