Прошла по широкому коридору, кое-где открывая двери и заглядывая за них. «Интересно, где сейчас владыка?! Хотелось бы попробовать отправить послание Мансуру».
— Виктория! — раздался голос Аратариона прямо позади меня, я, даже подпрыгнув, взвизгнула.
— Напугали!
— Простите. Я не хотел.
— Вы что, преследует меня?
Эльф как-то задумался. «Ну а что я могла ему сказать? Где бы я ни была, он появляется там же».
— Нет, что вы… Я просто шел в свой кабинет. — Пояснил он свое присутствие в этом коридоре."
"— Простите… Вы можете мне помочь с посланием? Я хотела бы поскорее покинуть ваш замок! — сказала я, и тут же уловила на себе изучающий взгляд владыки.
— Вас что-то не устраивает?
— Нет. Просто я хочу отправиться домой.
— И где ваш дом? — спросил он, и теперь задумалась я. Земля — это не мой мир, и дом, который у меня там есть, уже тоже не мой, неизвестно попаду ли я туда когда-нибудь.
— Мой дом в Лавироне.
— В городе вампиров? — удивлённо переспросил он.
— Да.
— Виктория, позвольте узнать, кому вы хотите отправить послание?
— Мужу.
— Кто ваш муж? — зачем-то спросил он.
— А это важно при отправке почты?
— Да, мне нужно знать хоть что-то.
— Ааа, я поняла. Я хочу отправить послание своему третьему мужу, его имя Мансур Байетт.
— Тёмный князь? — удивлённо уставился он на меня.
— Да.
Аратарион снова как-то поменялся в лице. Странный какой-то эльф попался.
— Ну, так что на счёт послания? — поторопила я его.
— Пройдёмте в мой кабинет! — сказал он и пошел совсем в другую сторону.
Понятно то, что ничегошеньки не понятно. Он же говорил, что его кабинет в той стороне, куда я шла, а сам ушел в обратную. Да уж… Поспешила за ним. Пришлось пробежаться, чтобы догнать владыку.
Войдя в большой кабинет, осмотрела его. Всё очень красиво и без излишеств. Мебель и стены были в светлых тонах. Огромные окна в пол, которые слегка прикрывали белоснежные шторы. Большой стол, заваленный документацией.
— Виктория, вы можете написать послание там! — указал он на стол с бумагами.
— Спасибо! Где можно взять бумагу? — владыка подошёл, и, выдвинув шкафчик, достал несколько белоснежных листов. Осмотрев стол, увидела чернильницу и ручки. — Ничего себе! — выдохнула я. — В детстве мне нравилось писать чернильными ручками, но у нас они были немного другими.