Мои воины не любили, когда игнорировались мои приказы. Охранник, что стоял рядом, даже не дёрнулся, когда на него наставили сразу две пищали, только сбледнул слегка с лица.
Два воина и директор направились со мной в ближайший производственный корпус, один воин, приглядывая за местным охранником, остался у ворот, а четвертый, воспользовавшись повозкой, поехал на пристань – требовалось привезти четверых воинов, чтобы взяли под охрану фабрику.
Когда мы зашли внутрь, я прислушался. Среди перестука деревянных станков были слышны голоса как мужские, так и женские.
– Кто таков? – спросил я его.
Многие работники, заметив чужих, с интересом осмотрели нас. Что мне понравилось, производство не затихало ни на минуту, а вот во втором цехе-корпусе было тихо, это я ещё во дворе определил, хотя голоса я слышал и там.
– Артемий Вольский. Старший цеха, – спокойно ответил мужчина.
– Почему цех работает?
– Нам платят за работу. Нет работы – нет денег. Только не все это понимают, – стрельнув глазами в сторону директора, ответил парень.
– Это хорошо, что ты это понимаешь. Я вчера купил эту фабрику у боярина Глазова, видоком был боярин Дмитрий Борецкий, посадник. С той минуты фабрика принадлежит мне.
– Да, боярин, – поклонился Артемий.
– Этого гоните в шею вместе с охранником, – повернулся я к бойцам, подбородком указав на бывшего директора.
Не обращая внимания на вопли, я прошёлся по цеху, поглядывая на станки и прикидывая, как их демонтировать. Похоже, один корабль придётся полностью пустить на перевозку станков фабрики.