Но больше по её настоятельным и слёзным просьбам. С умением управлять чужим организмом, особенно в плане сексуального удовольствия, где был гуру, я стал лучшим любовником в мире, так что впечатлённая девушка после первой нашей ночи на коленях стояла, прося меня остаться и взять вместе с ней доставшуюся ей от мужа ферму. Детей они не успели завести. Я отказался, но девушку время от времени навещал, когда мой путь пролегал мимо. Одним словом, она мне была никто, и за её судьбу я особо не переживал.
К полудню я был на месте. Стали часто попадаться скалы, а впереди была видна поросшая деревьями скальная возвышенность, где и находились то озеро и мой лагерь. Стреножив и расседлав коня, я прихватил с собой винтовку с запасом патронов и, поправляя то и дело падающую мне на глаза великоватую шляпу, осторожно направился к озеру.
Однако чуть позже выяснилось, что моё передвижение на брюхе и тихое подкрадывание лишены смысла. Лагерь был пуст. Совсем пуст. Осмотрев его, я пошевелил носком сапога угли костра, на котором вчера готовил похлёбку, и потрогал руками, пробормотав:
– Утром ушли."
"Во время осмотра лагеря я обнаружил свежее захоронение, общую могилу, засыпанную камнями, на подножье холма, а чуть в стороне мелькнуло что-то красное.
Закрыв её голубые глаза, я встал, рассеянно огляделся и быстро направился за конём. След англичан вёл в Колорадо. Видимо, они направлялись к ближайшей ветке железной дороги.
Оседлав коня, я поскакал по их следу, внимательно вглядываясь вдаль, не покажутся ли там всадники.
Догнал я подонков действительно на следующий день, к моменту, когда начало темнеть.
Заметив впереди отсветы нескольких костров, я тут же заставил коня лечь в траву – вокруг были бескрайние прерии, видно всё издалека. Потом дождался, когда совсем стемнеет, и направился дальше.