Для кого цветет лори

Наставники очень быстро удалили девушку из цитадели, но слухи просочились. Псы умели подбирать случайно оброненные слова, проскользнувшие эмоции, туманные намеки. Ребенок был от Итора. Так сказал мастер, бросил в сердцах, изменив своей неизменной невозмутимости.

– Но ведь это невозможно? – спросил тогда Ран.

– Для вас – да, – неохотно ответил мастер. – Но не для Итора. У него иная природа магии, отличная от остальных Сумеречных…

Молнии били не переставая, оставляя на черном камне башни белые полосы.

Ран сжал кулаки. Он не хотел видеть Оникс. Все, на что его хватило, – это сдержать свое обещание и не причинить ей вреда. Но видеть, слышать ее оправдания, слова, убеждения было выше его сил. А самое страшное – он хотел ей поверить. Хотел просто сделать вид, что верит, смириться, промолчать о посещениях ее спальни Анреем. Он хотел сохранить эту иллюзию, в которой Оникс улыбается ему и делает вид, что любит. Желал предать самого себя ради этой улыбки. Снова вывернуть себя наизнанку, а потом подыхать, ожидая рождения малыша. Каким он будет? Светловолосым и сероглазым? Разве не все равно, лишь бы она была рядом?

Нет.

Он не сможет, несмотря на свою тягу к ней. Жить так он не сможет.

Ран сжал виски ладонями, словно хотел выдавить из своей головы воспоминания и чувства. Хрипло рассмеялся. Архар, он даже находил определенную иронию в давнем обещании Оникс. Все-таки раяна его уничтожила, выжгла дотла, оставив лишь пустую оболочку.

Он сжал кулаки и медленно разжал, заставляя себя успокоиться.

Чернота над головой медленно редела, расползаясь неопрятными клочьями.

Аид развернулся и пошел к лестнице.

Глава 22

Оникс застонала, поднесла ладонь к голове, нащупала корку запекшейся крови. Распахнула ресницы и снова застонала от света, брызнувшего в глаза.

– Ну наконец-то. Я думал, ты никогда не очнешься, – голос показался знакомым, и Оникс недоуменно моргнула.

– Советник Итор? – голос не подчинялся, и слова она прошептала.

– Вижу, что и с памятью у тебя все в порядке, Светлейшая. – Анрей Итор отвесил шутливый поклон.

Оникс приподнялась, села. Осмотрелась и нахмурилась.

Она находилась в красивой, богато украшенной комнате и даже могла бы восхититься убранством, если бы оказалась здесь при иных обстоятельствах. Сейчас же Оникс понимала лишь то, что Ошар ударил ее, лишил сознания, чтобы доставить сюда. А значит, ничего хорошего от подобного визита можно не ждать.