Для кого цветет лори

– Ты решил превратиться здесь в ледяную скульптуру? – насмешливо протянул Ран, подъезжая.

– Я беспокоился, – Кристиан встряхнулся, словно собака. – Ты уезжал не в лучшем настроении.

Лавьер небрежно пожал плечами.

– Всего лишь решил прогуляться.

– И как?

– Бывало и лучше.

Мужчины молча поехали рядом.

Кристиан покосился на Рана. И хоть и знал, насколько бывший Верховный не любит неуместные вопросы, все же решился его задать.

– Что с твоим даром? Он выгорел до основания? Может, обратиться к целителям? Я помню Анакина, кажется, никогда не встречал врачевателя сильнее …

– Анакина больше нет, – в голосе Лавьера не было ни одной эмоции.

 – Синие Скалы, как и все мои земли, отошли империи, и там сейчас другие хозяева. К сожалению, Анакин был слишком стар, чтобы пережить это.

– Мне очень жаль, – пробормотал Кристиан. Ему действительно было жаль. И старого целителя, и гордого, несгибаемого и сильного мужчину, которого он с гордостью называл другом. Правда, Дух никогда не позволил бы себе проявить эту жалость.

Ран Лавьер это чувство не принимал и мог убить того, кто осмелится его проявить.

Он кинул острый взгляд на бесстрастное лицо своего спутника, гадая, какие бури бушевали за этим ледяным спокойствием.

– Кто сейчас во дворце? – Кристиан решил за лучшее сменить тему.

– Почти все из десятки, – Лавьер продолжал смотреть перед собой. – Свяжемся сегодня с Ветром, пусть передаст приказ о готовности.

– Нам необходимо собрать всех в одном месте. Придворных, наместников, приближенных и старшин родов, – Кристиан потянулся к походному бурдюку с горячим вином, протянул его Лавьеру.

Тот отрицательно качнул головой, и Дух выпил сам.

– Они соберутся, – Ран повернул голову, и на миг Кристиану стало не по себе. – Повод мы предоставили.

– Свадьба, – догадался Кристиан. – Ну конечно.

– Не просто свадьба, а Ритуал Теней, – губы Лавьера искривила усмешка.

Кристиан присвистнул. Да уж, Верховный придумал отличную мышеловку. Только дико лишь то, что приманкой выступает девушка, ради которой он пожертвовал своим даром.

Но об этом Кристиан спрашивать не стал, нутром понимая, что не стоит поднимать эту тему. Он видел тьму внутри своего друга, которая сгущалась до беспросветного мрака, до черной смертельной бездны, стоило лишь упомянуть эту девушку. Раяна… Раяна, погубившая Темнейшего Владыку, а заодно и Верховного аида империи.

Кристиан помрачнел. Он даже думать боялся, каково это – отдать свой дар. Это как душа, большая часть души.