В момент произнесения клятвы мы связываем себя мощным смертоносным заклятием, которое убивает нас, если слово будет нарушено. Таков непреложный закон нашего мира.
Димка смотрел на Фёдора со всё возрастающим любопытством. От прежнего страха не осталось и следа.
— А сколько их, этих миров или слоев или… как их там?"
"— Я не так много про это знаю, ваше сиятельство, но кое-что расскажу. Слои или уровни это не то же самое, что другие миры. Слои — это как листы в книге, а сами книги — это миры. А теперь представьте себе огромную библиотеку с бесконечными книжными шкафами, на которых стоят эти книги.
В палате воцарилось долгое молчание. Димка заворожённо смотрел куда-то вдаль, пытаясь охватить разумом только что обрисованную Фёдором картину.
— Ух-ты, ничего себе! — наконец воскликнул он.
Фёдор понимающе улыбнулся:
— Вы обязательно всё узнаете в своё время, ваше сиятельство. А сейчас, я думаю, вам пора подкрепиться.
Он что-то тихо добавил на незнакомом языке и тут же на прикроватном столике появилась аппетитная яичница с беконом, хрустящие тосты со сливочным маслом и кружка ароматного чая. Димка, позабыв обо всем на свете, тут же набросился на еду.
Покончив с завтраком, он блаженно растянулся на кровати, но через мгновение вскочил вдруг на ноги и проговорил взволнованным голосом:
— Фёдор, как думаешь, Витька уже пришёл в себя? Можно сейчас к нему? — и он осторожно выглянул из палаты в пустой больничный коридор.
— Не знаю, ваше сиятельство. Нам надо бы дождаться вашу матушку, она сможет это выяснить. Со мной здесь никто разговаривать не станет. Дэвов в вашем мире не очень-то любят.