Но мне не с чем сравнивать. Как говорят рядовые родонцы, я никогда не слышал. Было бы неплохо понять, сколько правды в его словах. Но мне не с чем сравнить. Чтобы понять, врут тебе или говорят правду, нужно как минимум иметь наготове несколько вопросов, ответы на которые ты знаешь. А я здесь ничего не знаю. И боюсь раскрыть всю глубину нашего незнания. Оно столь велико, что, по сути, мы здесь как слепые котята.
— Он сказал, что Ша не существует! ‑ встрепенулась я.
— В общем-то, если бы кто-то рассказал мне о «Ша», я бы тоже решил, что это выдумки.
Я кивнула, и Лео щекотно коснулся губами основания моей шеи.
— По всей вероятности, они запечатали чудище, а ты, по своей привычке, нечаянно сломала печать. В общем, если Тору не соврал, то у нас есть некоторая информация.
— Я тоже прогуляюсь. За дровами!
Лео поднялся и помог встать мне.
И мы разошлись в разные стороны.
Природа в Родонии была величественной, вот что я скажу. Огромные деревья до неба, практически. Солнечные лучики сияющими паутинками прошивали кроны и растекались светлыми кляксами по траве.
Да, возможно где-то есть отряд родонцев, который жаждет нас поймать и растерзать. Возможно, он даже идёт по нашему следу.
Но зачем думать о нём сейчас?
Если бы от нас действительно что-то зависело, стоило бы бежать, карабкаться… Как было в горах.
Но сейчас невозможно определить, откуда грозит большая опасность. Бежать к мосту, который неизвестно где, и голодными и измученными попасть прямо в горячие объятия?
Бежать от моста, чтобы попасть в лапы преследователей?
В этом лесу невозможно был страдать ужасными предчувствиями и мучиться от пессимистических сценариев.
Подобрав для костра несколько сухих корявых веток, которые нарушали собой гармонию места, вдоль берега я вернулась к нашей стоянке.
— О, вот и Поля! — радостно воскликнул Лео, будто мы полгода как не виделись и вдруг встретились.
Впрочем, он мог просто за меня переживать.