Она звонко засмеялась в ответ и, взяв инициативу в свои руки, стала целовать и ласкать его тело, получая удовольствие оттого, что может доставить ему такое же наслаждение, как и он ей…
Когда ураган страсти затих и они, получив долгожданное наслаждение, обмякли рядом на кровати, Ксюша приподнялась на локте и, поцеловав его губы, произнесла:
— Это было чудесно, но теперь мне действительно надо уходить…
— Я провожу тебя до машины.
Она кивнула и, встав с кровати, пошла в ванную.
Они вышли из калитки и, держась за руки, пошли к тому же пешеходному переходу, где вчера, потеряв голову, целовались на глазах у прохожих.
Стало грустно. Очень грустно, так, что Ксюша ощутила, что у неё засосало под ложечкой. И хоть Артём ещё держал её холодные пальцы в своих руках, но горечь от расставания уже нависла над ними. Он обнял её, пытаясь спрятать печаль в своих глазах, и спросил, вдыхая сладкий запах её волос:
— Когда я тебя теперь увижу?
— Завтра.
— Во сколько?
— Я напишу тебе!
Он коснулся её губ коротким лёгким поцелуем, и она, оторвавшись от него, пошла к своей машине. Открывая дверь, она на прощанье устремила на него долгий, глубокий взгляд и скрылась за ней, но через минуту появилась снова и вернулась к нему с загадочным видом. Артём удивлённо посмотрел в её сияющие глаза, а она произнесла:
— Спустя пять лет я всё-таки подарю тебе свой подарок!
С этими словами она, разжав кулак, протянула свою руку.
— Я всегда буду его хранить!
— Я всегда буду тебя любить! — прошептала девушка. — До кончиков пальцев.
— Я тоже!
Они нехотя разомкнули объятья, и Ксюша снова скрылась в машине.
Ксюша посмотрела в телефон, оставленный в машине, и увидела, что вчера её искали все. Даже родители звонили ей несколько раз. Она вдруг почувствовала себя такой виноватой в том, что заставила всех волноваться, и, тяжело вздохнув, начала обзванивать их и трагическим голосом извиняться и рассказывать одну и ту же наполовину придуманную историю.