Сделав большой глоток янтарной ароматной жидкости под неодобрительным взглядом Эли, больше уважающей вино, Тоня наконец-то почувствовала в груди жар, а не эту пекущую кислоту. Мышцы потеплели, отпустило…
Голову повело… но так, по-хорошему. Наконец-то, блин!
Еще раз глотнув, она поставила бокал на первый подвернувшийся столик, рядом положила свою сумочку, и следом за Элей все же ступила на танцпол.
Не сказать, что тут дискотеку прямо устроили. Нет, серьезное мероприятие. Но ди-джея пригласили известного в городе. И сеты тот крутил очень удачные.
Нет, они с Элей этому не учились и не занимались никогда. Но по клубам в свое время зажигали частенько. Так что танцевали не профессионально и не для кого-то, а исключительно для себя и своего удовольствия. Зато с полной отдачей, но сообразно ситуации… Обычно.
А сегодня… слишком много всего поганого за день. И так больно, елки-палки! Даже коньяк не до конца это жжение унимает.
Между лопатками его взгляд так и печет. Уже дыру с полметра выпалил в грудную клетку насквозь, судя по тому, как ноет!
Потому ли Тоня сделала то, чего обычно на рабочих празднованиях себе не позволяла? Но она же сегодня «королева бала», ей простительно, да? Да и ей не привыкать давать поводы для сплетен на работе.
Сбросив туфли, от высоты каблуков которых уже болели ноги, она просто расслабилась, ловя мелодию. Немного задорную, немного самокритичную, немного режущую душу горькой правдой, о которой думать не хотелось.
Эля задумчиво поджала губы, смерила ее уже по-новому оценивающим взглядом и, наверное, поняв, что грань срыва Тоней успешно и бесшабашно пройдена, сама избавилась от обуви.
Да, подруга у нее самая лучшая. Так судачить точно будут меньше.
«Когда не знаешь, как тебе поступить, просто начни танцевать…» — вновь пропела певица.
Ну, она как бы начала… Когда полегчает-то?
«Начну танцевать, и может, тогда я силы найду забыть навсегда,
Твой запах и вкус. Уже не боюсь…»
Тоня боялась. И слишком сильно.
«Аста ла виста, я забуду тебя очень быстро…»
Сомнительно, за три месяца ни фига не вышло, но притвориться можно.
«Аста ла виста, но оставаться с тобой — это самоубийство.»
Чистая правда, уже которую неделю себя ходячим трупом чувствует…
«Что ты творишь, Мишель, ну остановись!
Сколько еще в жизни будет этих «аста ла вист»?!»
Тут вполне можно на «Антонина» заменить, ага!
Песня продолжалась, они с Элей танцевали, как и еще несколько человек и из их компании, и с фирмы новых партнеров.