Приник к полураскрытым, неумелым губам.
Страстный поцелуй затянулся, и Ксения, едва не задохнувшись, с трудом разомкнула губы, отвернулась. Не верилось, что это она лежит почти обнаженная на смятом покрывале, не смея открыть глаза, позволяя чужим рукам блуждать по ее телу. Веки ее затрепетали, когда губы Влада спустились ниже, а жаркие ладони шершаво прошлись по ягодицам. Ткань белья заскользила по бедрам, коснулась коленей и исчезла где-то за пределами сознания.
В этот раз она не стала его останавливать – чем быстрее начнется, тем быстрее закончится.
Когда, наконец, послышался долгожданный шелест блистерной упаковки, а потом и постреливание надеваемого презерватива, Ксения постаралась расслабиться, вызывая в памяти светлые картинки.
– Больно? – прошептал ей в губы, не сводя с нее напряженного взгляда. – Потерпи чуть-чуть…
От резкого движения, позволившего ему полностью погрузиться в нее, она дернулась, еще больше сжалась, зажмурилась изо всех сил.
***
Болезненно поморщившись, Ксения с тихим стоном втянула в себя воздух через плотно сжатые зубы и так же осторожно выдохнула. Прохладная вода чуть успокоила жжение, оставив после себя легкое онемение, но при касании рукой щипать начинало с новой силой.
"Она смотрела, как кровавыми кляксами из ладони капает вода на бортик ванны, и усиленно отгоняла от себя ненужные мысли. Главное, не раскисать. Ничего страшного и жуткого не случилось. Подумаешь, ее просто… Неожиданно к горлу вновь подступила тошнота, резко перешедшая в рвотный позыв.