Краем уха слышала долетавшие из коридора рубленые, грозные реплики, заставляющие сжиматься сердце в нехорошем предчувствии, а заметив непроницаемый, неотрывный взгляд замершего на пороге Влада на себе, совсем разволновалась. Жарко стало, потом холодно, потом снова жарко. Внутри опять что-то противно задрожало. Сохраняя недовольное, как ей показалось, молчание, опер прошел к своему креслу, упорно отводя от нее взгляд, расположился за столом, взял в руки одну из многочисленных папок. Не зная, куда себя деть, девушка обессилено опустилась обратно на кожаную поверхность и вздрогнула от резкого хлопка – Влад швырнул папку на стол.
– Пойдем, прогуляемся, – предложил озадаченной девушке, сверля ее хмурым взглядом. – На свежий воздух выйдем, – стены отдела давили, не давали вдохнуть полной грудью ни ему, ни, судя по ее напряженным, скованным движениям, ей. – Куртку захвати, – глазами указал на ее недавнюю подушку. – Прохладно.
На улице и вправду веяло прохладой. Несмотря на столь поздний, а кому и ранний час, на набережной, куда повез ее Влад, было достаточно оживленно, если так можно сказать о парочках, оккупировавших лавочки, парапеты, просто прогуливающихся по ночной мостовой.
Поставив машину на сигнализацию, накинув на плечи Ксении свою куртку, Влад потянул ее к воде, туда, где было меньше всего людей. Ксюшу тут же окутало облако мужского парфюма, в котором она без труда распознала туалетную воду опера. Стало понятно, почему ей снился Влад – запах шел от его куртки, уткнувшись в которую она проспала несколько часов.
"– Не замерзла? – Влад подошел сзади, притянул ее к себе, заботливо укутав своими объятьями. Они стояли в отдалении ото всех, спрятавшись от желтого рассеянного света уличных фонарей, от посторонних нечаянных глаз.
И Владу было хорошо.