Затушив недокуренный до конца окурок, бросил мимолетный взгляд на часы, показывающие далеко за полночь, направился сначала в ванную, потом к себе. Проходя мимо комнаты Ксюши, не удержался, замер на несколько секунд у порога и, осторожно приоткрыв дверь, ступил внутрь.
Ксения крепко спала в обнимку с медведем. Кукла, привезенная ею, сидела в изголовье и укоризненно смотрела на него, будто вопрошая: «Что ты делаешь в ее комнате?». Мысленно приказав кукле заткнуться, горько усмехнулся. Ну, конечно, кто бы сомневался.
Падающего из коридора света было достаточно, чтобы разглядеть личико девочки, умиротворенное и безмятежное во сне. Под тонким покрывалом легко угадывались контуры тела, волосы волной окутывали плечи. Сомневаясь в правильности своего поступка, но не желая противиться нахлынувшему порыву, Влад протянул руку и кончиками пальцев дотронулся до волос Ксении, невесомо провел рукой по щеке, едва заметно коснулся губ.
***"
"– У нас усиление эти дни. Буду приходить поздно, – начальник оперов уже уходил, когда следующим утром Ксения, позевывая, вышла из комнаты. Демидов вытащил из кармана несколько бумажных купюр, не считая, помахал перед носом девушки: – Это на расходы. Продукты и все остальное. В общем, дом полностью на тебе. Я, если что, на телефоне, – задержал на мгновение взгляд на ней, – если что нужно, сразу же звони.
Деньги опер небрежно бросил на тумбочку перед зеркалом, быстро накинул куртку и, не прощаясь, исчез. Закрыв дверь, Ксюша пальчиком раздвинула лежащие купюры веером и пересчитала. Восемь тысяч. А данный ей срок истечет завтра.
Мысли метались как мыши, пойманные в мышеловку. Если она не найдет деньги, то будет плохо. В этом она не сомневалась. Как и в том, что, получив желаемое, придурок Ковылев наконец от нее отстанет.