За бутылку ежевичной настойки мне целый мешок нагребли.
– Степанида, что-то ты редко заезжать стала. – На выезде из поселка я завернула на короткую улочку и остановилась у последнего дома. На крыльце тут же появилась румяная семидесятилетняя бабулька.
– Некогда, Евдокия Валентиновна. – Я прихватила пакет с половиной продуктов, купленных в магазине. – Я вам мяса и крупы привезла. – Тряхнула пакетом.
– Так ты заходи хоть на пять минут. Чай попьем, о житие поговорим. – Старушка, шаркая ногами, поспешила в дом.
– Не о чем говорить.
– А мне сказали, что у тебя в лесу лысый мужик завелся. Страшный и опасный. Глазами так и зыркает. А кто-то у него даже кобуру с пистолетом увидел. – Перешла она на громкий шепот.
– Этот страшный и опасный? – Я рассмеялась. – Если мужик лысый, то под кепкой у него не обязательно мозги находятся. И опасен он исключительно для себя самого.
– Так, быть может, присмотришься? – Подмигнула Евдокия Валентиновна.
– Было бы к кому присматриваться. А одиночество меня не тяготит. – Скривилась я. – Всего хорошего. – Направилась я на выход из дома.
– Да погодь ты! – Окликнула меня старушка. – Я же творога тебе приготовила. Возьми-ка. – Протянула она мне пакет. Я послушно взяла. – Там сметанка еще.
– Спасибо. – Улыбнулась и все же вышла из дома.
И чего всю округу вечно беспокоит мое одиночество? Я же из-за него не зверею и на людей не нападаю.
– Тьфу! – Стукнула по рулю, направляя машину в сторону леса. – Нашла о ком думать! – Разозлилась я уже на себя. – Идиотка."
"Дома меня ждали Барсик и почти сбежавшая опара. Я, засучив рукава тут же принялась за дело. Тесто само себя не замесит, пирожки сами собой не сделаются. Пока тесто подходило, я вытащила из холодильника хороший шмат кабанятины и отправилась за дом, чтобы забросить это дело в коптильню.
Телефон у меня зазвонил, когда я на берегу реки собирала щавель на салат.
– Степ, там мои сейчас позвонили. Они в поселке, который рядом с твоим хутором находятся.