– Только прошу вас – не пейте его.
А на нас уже оглядывались другие гости.
- Дамы и господа! – его величество вышел вперед, и все мгновенно замолчали. – Мы рады, что вы пришли сюда, чтобы разделить с нами наше торжество. И пусть этот день не принес нам того, на что мы все так долго надеялись, он всё равно остается днем, когда на свет появилась наша дочь – принцесса Камилла!
Король протянул вперед руку, державшую золотой кубок, будто касаясь им бокала каждого гостя, и отовсюду раздалось:
- За здоровье ее высочества!
- За счастье принцессы!
- За процветание Линарии!
Отставить бокал в такой момент было бы вопиющей дерзостью.
- Нет, Лэйни! – Артур отнесся к словам Данзаса ещё серьезнее, чем я. – Возьми мой бокал!
И прежде, чем я успела возразить, он поменял наши фужеры. Выглядело это, признаться, довольно нелепо.
Эту сцену заметил даже его величество, и когда он смотрел на нас, брови его сошлись у переносицы.
Я залпом выпила вино. Артур и граф сделали то же самое.
По взмаху руки церемониймейстера раздались залпы дворцовой пушки – вестницы самых важных событий в Линарии.
Это было так торжественно! И этот салют, и улыбка, наконец, вернувшаяся на лицо всё еще бледной принцессы. И то, что Артур, воспользовавшись всеобщими восторгами и суетой, робко коснулся моей руки.
Но уже через секунду волшебство исчезло – Артур рухнул на землю как подкошенный.
- Доктора! Доктора срочно! – взревел быстрее меня опомнившийся Данзас.
Его величество недовольно оглянулся. А к нам уже бежали и главный королевский лекарь, и главный королевский маг.
- Боюсь, его светлость отравили, - доложил граф.
Я опустилась на траву рядом с Артуром, но Данзас рывком поднял меня, оттащил в сторону.
- Не мешайте им выполнять их работу, - сказал он.
- Но почему, ваше сиятельство? Почему? – кричала я. – И как такое возможно? Здесь, в королевском дворце?
Этим же вопросом задался и король. Он подошел к нам в сопровождении стражи.
- Уверены ли вы, граф, в своих словах?
Данзас кивнул без тени сомнения.
- Да, ваше величество.
- Боюсь, что его сиятельство прав, - подтвердил и королевский лекарь. – Это несомненно яд.