Птичка невесомо вспорхнула с моей руки и была такова, а я порадовалась тому, что мне удалось ее освободить.
Решив передислоцироваться с тонких веток на более толстые, а, значит, и надежные, я, было, поползла назад, но замерла, потому что увидела кое-что, до невозможности интересное!
Жрец Джерт и тот самый некрасивый мужчина, которого я так неосмотрительно поймала при игре в жмурки, прогулочным шагом шли по травяному ковру. Несмотря на то, что они вели беседу, мне показалось, что эти двое друг друга недолюбливают.
Как назло, они остановились прямо под моим деревом так, что я ясно слышала каждое слово их разговора. Только бы голов не подняли!
— Хорошие вы новости привезли, лорд-маг, ничего не скажешь, — губы Джерта кривила недовольная усмешка.
— Вы же понимаете, жрец, это решение не мое, а Комитета всех богов и вы должны ему подчиниться, — невозмутимо отозвался гость.
— Да кто же не знает того, что слово лорда-мага Аеска Ланфорда в Комитете является решающим? — Джерт явно был недоволен и не хотел этого скрывать.
— Хорошо принимать, Джерт, я это подчёркиваю, — заметил Аеск Ланфорд. — Вам надо оказать арриксакскому жрецу уважение.
— Скажите ещё и послушницами моими его угостить? — жрец кинул на лорд-мага злой взгляд.
— Это уже по вашему желанию. Вы же тут царь и бог, — холодно ответил Ланфорд. — С запада идут плохие вести, Джерт. Элефтэрия хочет объявить нам войну, и в этих условиях нам как никогда нужен такой сильный союзник, как Арриксакс.
"— Элефтэрия, говорите? — Джерт на миг задумался, как будто вспомнил что-то свое. — Хорошо, лорд-маг. Я приму арриксакского жреца со всем почтением и даже устрою в его честь праздник. Но вы должны будете на этом празднике присутствовать.
— Не вижу в этом ничего предосудительного, — пожал плечами Аеск.
Дальше разговор пошел о каких-то совсем незначительных вещах, и в частности о торговле абрикосовым вином. Я уж было подумала, что пропала, ведь жрец сейчас обязательно захочет сорвать плоды и показать их гостю. Или сам Ланфорд поднимет голову, чтобы посмотреть на абрикосы.
Я буду раскрыта, и как следствие, наказана. Ведь разговор у мужчин, судя по всему, был важный и секретный.