В заключении, конечно, не сахар: крошечная клетушка два на два метра, без окон, голые каменные стены, покрытые изморозью, тонкий тюфяк на полу, но наказание закончится и Колояр продолжит учебу. Не сомневаюсь, он останется все таким же наглым, самоуверенным и мерзким, а вот Чес ушел туда, откуда не возвращаются.
Второй день практикумов принес следующую смерть. Погибла кадет Тин: испугалась, побежала, не послушавшись приказа своего эфора замереть на месте, скел настиг ее в два счета…
Второй день подряд после ужина первогодков отводили попрощаться к стене Памяти, на которой появились новые имена.
Но кадет Иделис рыдала так, что сердце разрывалось: они с Тин дружили.
Через день наше звено снова вышло на бой. На этот раз противником оказался дрейк — старый знакомец из подземелья: в прошлый раз он не успел добраться до меня, хотя очень старался. На первых порах желторотики сражались с бестиями второго класса опасности: они не умели останавливать время, проходить сквозь стены или выдыхать ядовитые испарения.
"Во второй раз битва пошла по знакомому сценарию: мы измотали тварь, и я подобралась достаточно близко, чтобы заглянуть в пульсирующие зрачки, но… снова без толку. Я ничего не почувствовала! Кроме разве что ужаса — но он вряд ли считается. Ни малейшего отголоска дара!
Тайлер выдернул меня из-под носа дрейка, но потом положил свою ладонь поверх моей, удерживающей стик, надавил, разложив оружие, и твердо сказал:
— Убивай.
— Я… не смогу…
— Сможешь, кадет Дейрон. Ты должна. Это приказ.
На самом деле бестию прикончил Тайлер, но моей рукой — направлял ее. Я ощутила агонию твари, ее дрожь, пробежавшую по корпусу стика. Как же невероятно жутко, как чудовищно — лишить кого-то жизни, пусть даже тварь Изнанки. Да, я и раньше убивала: в пылу боя, защищаясь, но с холодным сердцем — никогда. Меня затошнило.