— Да уж, — вздохнул Хантер, — вы, женщины, сами порой не знаете, чего хотите. Он правда твой фанат.
Лекси покачала головой. Как назвать человека, который пытался воплотить в жизнь сцены из ее книг?
— Есть поклонники, есть фанаты. А есть такие вот… с которыми лучше не встречаться. Я не знаю как его назвать.
Она провела кончиками пальцев по небритому лицу Хантера, улыбнулась.
— Хочу есть. В те дни аппетита не было, а сейчас прямо вообще…
Слово подтверждая, ее желудок издал стонущий звук.
— Ну да, — покивал детектив, — хорошо, что я догадывался о твоем аппетите.
— Королевский завтрак.
* * *На крохотной кухне, выложенной бежевой шероховатой плиткой, приятно холодившей ноги, нашлась турка. Чуть помятая, но блестящая и с красивой рукоятью. Лекси уселась за прочный деревянный стол под скатертью и с интересом наблюдала как Хантер готовит завтрак. Такого еще видеть не доводилось. Мужчина на кухне это… занимательно. Особенно если учесть, что из всей одежды на нем лишь светлый фартук в красные бантики.
Есть и правда хотелось просто безумно. Поэтому Лекси накинулась на выставленную на стол еду. Боже, как хорошо! Она отхлебнула кофе, едва не застонав: какой кайф просто есть и не думать о том, что рядом сидит неадекватный человек, похитивший ее.
Хантер пил кофе без молока и сахара, лишь бросив туда дольку лимона. Сидел напротив Лекси и что-то просматривал в планшете.
— Смотри, — он протянул ей гаджет, — мой друг-хакер прислал вчера.
— Что это?
— Данные по Алану.
Лекси вся передернулась, но планшет взяла. Поинтересовалась напряженным голосом, понимая, что аппетит опять исчезает:
— Он будет меня искать, да?
— Уже ищет, будь уверена. После завтрака я сгоняю по делам, узнаю, что он предпринимает. А ты сидишь тут и носа не высовываешь. Вообще. Понимаешь?
Лекси коротко кивнула. Она запрется в самой дальней комнате и будет сидеть тихо, как мышь.
— Расскажи мне пока про то, что уже успел узнать. — она оттягивала тот момент, когда ей предстоит погрузиться в данные об Алане.
Хантер рассказал. Лекси слушала и бледнела все сильнее. В доме было по-утреннему свежо, но кожа горела. То ли от пережитого шока, то ли после секса.