Идиотский вопрос, кто ж спорит? Но почему-то он не мог его не задать. И не мог не ждать ответа, замерев. И, кажется, не дыша.
– Ты правда хочешь об этом поговорить?
– Нет! Да… Черт. – Кравец тихонько выругался, сбавил скорость и резко повернулся к Мариам лицом. – Но ты же не хочешь сказать, что у тебя никого не было, кроме мужа?
Мариам ответила ему жалостливым взглядом. Посмотрела, как на полного идиота. Которого грех обидеть. Да он и был идиотом, чего уж, если какого-то хрена для него это вдруг стало так важно.
– Жень, немного прибавь. Не то опоздаем же, – вздохнула Мариам, когда повисшая пауза затянулась. Кравец послушно надавил на педаль газа. И до аэропорта они ехали уже молча. Видит бог, ему было над чем подумать. Например, над тем, как так вышло, что непорочная Мариам оттрахала незнакомца на первом свидании? «Как-как, изголодалась баба по крепкому члену. Вот и все объяснение», – услужливо подсказал внутренний голос. Замечание вполне здравое. И даже объяснимое с точки зрения науки. Но в то же время… Ладно.
Кравец получил парковочный талон, припарковался поближе к входу, заглушил мотор и, повернувшись к Мариам всем корпусом, все же осторожно поинтересовался:
– Но у тебя же были еще… мужчины?
– Да! Были. Был. А теперь отстань. Ага?"
"– Был? Один, что ли? – на это уточнение Мариам решила не отвечать.
Ну, допустим, был. Она ведь для чего-то поправила сама же себя. Один… И что это значит? Конечно же, то, что он был для нее особенным. К идиотской, необъяснимой ревности Кравца примешалась еще более необъяснимая горечь. Будь он ребенком, непременно затопал бы ножками и заорал: «Я так не играю!». Ну, не глупость ли? Да полнейший идиотизм!
А все же с родителями она этого… одного не познакомила! – мелькнула злорадная мыслишка, прежде чем Женя опомнился и помчался догонять Мариам.