Долина кукол

– Это все твоих рук дело, – сказал он Дженифер. Та пришла вместе с Анной объявить ему новость.

– Ты сам прекрасно знаешь, что о лучшем ей нечего и мечтать, – весело ответила Дженифер. – Ну же, успокойся, Генри. Сколько ты еще намеревался держать Анну здесь на привязи? Ты же понимаешь, что она не мисс Стейнберг.

– О’кей. Но прежде, чем ты подпишешь контракт, принеси его мне, – проворчал он. – Посмотрим, можно ли будет внести в него пункты об особых выплатах. Телевидение решительно заявляет о себе, и я не хочу, чтобы какие-то пункты пришлось обговаривать задним числом.

Раз он хочет, чтобы ты рекламировала его продукцию сейчас, он должен дать гарантию, что будет использовать тебя и в телевизионных рекламных передачах.

– Но, Генри, – возразила Анна, – я же в обморок упаду перед телекамерой.

– Она ничем не будет отличаться от простой фотокамеры, а у тебя к тому времени уже накопится опыт. Да, кстати… – он написал какое-то имя на отрывном блокноте, – договорись о встрече с Лил Коул. Бери у нее частные уроки не менее двух раз в неделю.

Они стоят дорого, но ты вполне можешь себе это позволить.

– Кто эта Лил Коул?

– Она ставит правильную речь и дикцию. Лучший специалист в Нью-Йорке.

– Для чего она мне?

– Видишь ли, у меня есть предчувствие, что телевизионная реклама не сведется к простой демонстрации изделий. Тебе нужно избавляться от своего бостонского выговора.

– Генри, я же собираюсь всего-навсего рекламировать косметику, а вовсе не становиться актрисой.

– Послушай, Анна, – заговорил он строгим голосом.

 – Если ты намерена что-либо делать, отдавайся этому делу на сто процентов. Не существует такой работы, которую можно выполнить, затратив лишь половину своих усилий. Секретарем ты была великолепным, теперь же, раз ты намерена стать «Девушкой Гиллиана», стань лучшей из всех возможных кандидатур. И потом, чем тебе еще заниматься? Сейчас тебе больше, чем когда-либо надо чем-нибудь занять себя.

Внезапно на его лице появилось выражение смертельной усталости, словно он совершенно лишился сил.

Повинуясь безотчетному порыву, Анна обняла его.

– Генри, я люблю тебя.

Он сердито посмотрел на нее, скрывая свои чувства.

– Как вам это понравится? – обратился он к Дженифер. – Последние два года прошли у меня под знаком безумной влюбленности в нее, и вот сейчас, бросая меня, она признается мне в любви.

– Да, люблю, Генри. И всегда буду любить. Пожалуйста… оставайся моим другом.

– Только попробуй потерять меня. Таких, как ты, Анна, одна на миллион.