Зная, как складываются обстоятельства, я считаю, что ты не сможешь по-настоящему о нем заботиться.
— Я смогу, — сказала Элис, потом бросилась к окну, распахнула его и жадно вдохнула свежий холодный воздух. На ее лбу выступили капельки пота.
— Извини, — сказала она, — думала, что упаду.
«Она устала как собака, — подумала Фрэнсис, — и нервы на пределе… Все это совершенно лишило ее сил».
— Я здесь все закончу, — сказала она. — Иди к Джорджу и отдохни.
Элис послушалась. Когда Фрэнсис через десять минут вошла в комнату, та сидела в кресле с закрытыми глазами, опустив голову на грудь, и спала глубоким сном.
В следующие дни они крутились друг возле друга как две кошки. Тема Джорджа больше не поднималась. Элис уходила на целый день на работу; Фрэнсис шла в магазин, убирала квартиру и ходила с Джорджем на прогулку, которая заключалась в том, что она вела его под руку по улице, а он безучастно семенил рядом.
В один из вечеров Элис отправилась с ним к психологу. Когда они вернулись, Джордж почувствовал себя явно хуже. Его лицо было совершенно белым, руки дрожали, и он задыхался.
— Так всегда бывает, когда вы туда ходите? — спросила Фрэнсис испуганно.
— Это совершенно нормально! — Элис сразу заняла оборонительную позицию. — В разговоре с Джорджем доктор копается во всем, что с ним произошло.
— У меня создалось впечатление, что он еще больше в это погружается.
— Я не хочу с тобой об этом говорить! — закричала Элис и, хлопнув дверью, выбежала из квартиры.
Фрэнсис поняла, что немедленно должна принять решение о своем дальнейшем пребывании в Лондоне. У нее почти не оставалось денег. Она должна была или найти работу — а это значит, что Джордж будет опять предоставлен сам себе, — или ехать домой. Она ни в коем случае не хотела жить за счет Элис.
Прошло десять дней. Пятнадцатого декабря над городом висел холодный туман. Фрэнсис в полдень возвращалась из магазина — и неожиданно увидела Джорджа, сидящего на ступеньках перед входной дверью. На нем не было пальто, а только его привычный шерстяной свитер и старые широкие брюки. Он дрожал всем телом, губы его посинели.
Фрэнсис отставила сумку и наклонилась к брату.