Потом она захотела похудеть и стала есть значительно меньше, чем раньше, но не до такой же степени, чтобы это показалось мне опасным…
Лора, закрыв лицо руками, снова зарыдала.
— Я боюсь, — тихо сказала Маргарита, — что у нее есть собственный метод освобождаться от еды.
— Какой?
Маргарита подошла к плачущей Лоре и мягко отвела ее руки от лица.
— Лора, это не то, чего ты должна стыдиться, — сказала она настойчиво, — но ты должна сказать правду. Ты вызываешь рвоту после еды, не так ли? Ты делаешь это, чтобы освободиться от съеденного?
— Не может быть! — воскликнула потрясенная Фрэнсис.
— Это болезнь. И случается она не так уж редко. — Маргарита взяла Лору за плечи и слегка потрясла ее. — Ведь это так, Лора? Ты так поступаешь?
Лора кивнула. Слезы водопадом полились из ее глаз.
— Я такая толстая, — плакала она, — такая отвратительно толстая!..
— Получается, что ее тело не усваивает нужное количество жизненно важных веществ, — объяснила Маргарита, — и это продолжается уже несколько месяцев. Неудивительно, что она падает в обморок.
Виктория истерически засмеялась.
— Боже мой, а мы уж подумали, это оттого, что…
Фрэнсис остро глянула на нее. Виктория, густо покраснев, успела остановиться в последний момент.
«Как была идиоткой, так ей и осталась», — разозлилась Фрэнсис.
— Что вы думали? — спросил Джон.
— Ничего, — ответила Фрэнсис, — ничего мы не думали.
Это прозвучало так резко, что он не решился задать следующий вопрос.
— Вы знаете, — сказала Маргарита, — кроме того, что мы хотели увидеть вас перед Рождеством, мы заехали еще и из-за Лоры.
Девушка, кивнув, засопела; потом вынула из кармана носовой платок.
— А вы, — сказала Маргарита, — получше следите за ней.
Все подавленно молчали. Наконец Фрэнсис взяла себя в руки.
— Извините, что-то мы совсем забыли о гостеприимстве. Вы приехали к нам, а мы до сих пор не угостили вас ничем, кроме своих проблем… Присаживайтесь. Хотите что-нибудь выпить?
— С удовольствием, — ответила Маргарита. — Но мы совсем ненадолго.