Вот только рядом с этой девушкой думать не особо хорошо получается. Так что от советов толку не будет.
Вытащил из принтера лист бумаги и набросал примерный план приручения Киры. Самым главным было побороть ее боязнь перед прикосновениями. Она пугается их. Отстраняется. Пытается избежать. А вот как это сделать?
Аделаиде все-таки решил позвонить. С Кирой нельзя действовать наобум.
— Наконец-то обо мне вспомнил? — Проворчала Деля, едва взяла трубку.
— Мне нужна помощь. — Честно признался.
— Я же тебе в прошлый раз все популярно объяснила.
— Я не знаю, как вести себя с Кирой так, чтобы не испугать. — Вздохнул и рассказал ей всю подоплеку сложившихся отношений.
— Умеешь ты, Корсаров, сложности на свою пятую точку находить. — Вздохнула женщина. — Ну, хоть признал, что она тебе нравится. — Хмыкнула. — Гек, ты же работал с женщинами, пережившими насилие. Она такая же. Схему ты знаешь.
Внутри что-то взметнулось.
— Она не такая же. Я с ней не такой. И вообще, все не так.
— И что? — Деля была непробиваема. — Схема поведения от этого не меняется. Просто у тебя больше возможностей проводить терапию, так как ты можешь потратить на нее больше времени. Для начала, сделай так, чтобы она тебе доверяла. Но при этом дотрагивайся до нее. Обнимай. Никакого сексуального подтекста, только поддержка. Что-то большее может быть только тогда, когда она сама сделает в этом направлении первые шаги.
— А если никогда не сделает? — Задался я вопросом, который меня взволновал."
"— Ты можешь ненавязчиво ее подталкивать к отношениям. Но все-таки это должно быть ее решением. В вашем случае только так и никак иначе. Может быть, у нее есть старшие подруги, которые бы ей рассказывали о мужчинах, о взаимоотношениях? — Спросила она.
Я фыркнул.
— Старушка под семьдесят лет считается? Нет у нее никого. Да и не привыкла она помощи просить. — Признался.
— Плохо. Ладно, сначала обеспечь ей поддержку, а там посмотрим. И звони регулярно, а то я тебя знаю, наворотишь дел.
Наступления вечера я едва дождался. Домой уехал пораньше, вспоминая мрачный взгляд Гарина, коим он проводил меня до двери. Заехал в магазин, снова на нервной почве набрал всякой всячины. Я сам не понимал причину такой своей нервозности, пока не подъехал к дому. Свет в окнах не горел. Выпрыгнул из машины, едва та остановилась, и побежал к дому.