Тогда и начались и семейные ссоры, и побои. «Толстая корова, — цедил муж, — тебя трахнуть невозможно, один жир». Супружеский долг превратился в пытку. Муж все чаще заставлял ее делать минет, его не волновали ни потребности Дины, ни то, что от этого ее выворачивало наизнанку. А когда напивался — то и руку поднимал, сетуя, что у него жирная и некрасивая жена. Конечно, Дина развелась, но с тех пор запретила себе думать о сексе. Лучше одинокие ночи, чем издевательства, ведь мужчинам не нравятся толстые женщины.
Лео бил так, что не было никакой обиды.
Дина как чувствовала, что не успеет сбежать. Или, может быть, даже мечтала, чтобы Лео поймал ее и не позволил уйти?"
"Вчера вечером она долго читала в сети обо всем, что связано с БДСМ. Читала подряд — и статьи, и форумы, и даже объявления о поиске партнеров. Вместо ожидаемого отвращения любопытство только сильнее разгорелось, и она решила, что непременно ответит согласием, как только Лео предложит ей продолжить проверку.
Дина не знала, как правильно себя вести, и все делала не так. Но Лео вел себя так терпеливо! Она видела, как он злился — как темнели глаза, как желваки гуляли по скулам, как крепко сжимались кулаки. И он ни разу не сорвался на ней, не наговорил грубостей, не ударил в гневе. И порка получилась такой… сексуальной.
Дина чувствовала и боль, и стыд, но они провоцировали желание. Ее тело жаждало ласк. Но когда Лео поцеловал ее, она снова запаниковала.
— Не надо, — прошептала она, отворачиваясь.
— Извини. — Лео выпрямил спину и отстранился. — Я не хотел тебя пугать.
— Слишком много для первого раза, Мастер, — выкрутилась Дина.
Ей хотелось закрыть глаза и поспать, в теплом кольце его рук, на коленях. Лео не тяготился ее весом, она чувствовала себя малышкой в его объятиях.
— Я понимаю, сладкая. Тебе… понравилось?
— Пойму, когда попа перестанет болеть, — улыбнулась Дина.
— Ты благодаришь? — удивился он. — За что же?
— Ты возишься со мной, уделяешь столько внимания…
«И денег», — добавила она про себя.
— А-а-а…
Ей показалось, что он разочарован ее ответом.
— Ты возьмешь меня в сабы? — спросила она.
— Нет.
Теперь удивилась она. И не просто удивилась — огорчилась, чуть ли ни до слез.
— Почему же?
— Ты еще многого не знаешь.