Самым тяжелым для меня был не столько вид этих маленьких измученных героев, которые большую часть своего детства провели в больницах, а то, что их мамы умоляли врачей применить более агрессивные препараты как только дети выходили из кризиса после очередной химиотерапии или операции. Это была абсолютно сюрреалистическая картина: токсичное, медленно убивающее детей лечение, не оставляющее им никакого шанса не только на выздоровление, но и теоретически на полноценную жизнь в случае выздоровления; врачи, знающие к чему приведет лечение и продолжающие его; матери, выхаживающие своих детишек и требующие у врачей увеличения доз и продолжения лечения.
Даже когда открываешь эту информацию родителям, то они часто не способны адекватно оценить её. Это сложно сделать любому человеку даже в нормальных условиях. Представьте же, как сложно родителям отнестись к подобной информации после долгого лечения в своих больницах, сложной организации лечения заграницей и оплаты сотен тысяч фунтов стерлингов за это лечение, на которое они возлагают последнюю надежду.
Многие использовали информацию о натуральных альтернативных методах как дополнение к основному лечению и часто этим продлевали жизнь своим детям, которые после этого быстрее восстанавливались или легче переносили процедуры. Но в итоге, при продолжении стандартного лечения, натуральные методы мало что могли уже изменить.
Именно в то время я осознал всю глубину проблемы. И суть её заключается в невозможности донесения до родителей или больных информации о натуральной альтернативе стандартным онкологическим лечениям. Научные аргументы, исторические примеры и статистические данные не смогут изменить годами сформированное ущербное мышление и разбить глубоко вбитые в сознание стереотипы, основанные на мифах и лживых фактах. Главным является объяснение причин, по которым эта спасительная информация укрывается от них.
Примечательна история появления химиотерапии.