Общаясь с ним ранее, Риган дал понять, что если тот желает, может и дальше оставаться при дворе в тех же полномочиях. Окинув их с Айей беглым взглядом, он моментально оценил обстановку и склонился в лёгком поклоне.
— Приветствую вас, Мой Король. — взглянув на девушку, добавил. — И вас, милое дитя.
Айа растерялась, не зная, что ответить. Она не привыкла общаться с высокопоставленными чиновниками и не знала этикета. Риган пришёл ей на помощь и сказал:
— Айа, нам с министром Надаром нужно поговорить, оставишь нас?
— Ох…конечно! — встрепенулась она, и, попрощавшись, скрылась за дверью.
Проводив её взглядом, министр обратился к Ригану:
— Очаровательно создание.
Риган молчаливо с ним согласился.
— Надеюсь, чувства к столь прекрасной деве не станут препятствием для заключения так необходимого стране брака с капсикейской принцессой? — как бы, между прочим, спросил министр, намекая на непростую ситуацию его родителей.
— Я знаю свои обязанности, Надар. — отчеканил Риган.
— Рад это слышать, Ваше Величество.
— Благодарю. — кивнул Риган.
Обойдя стол, он занял своё место, пригласив жестом собеседника присоединиться. Устроившись в кресле для посетителей, Надар сказал:
— Пока готовятся траурные мероприятия, я бы хотел обсудить предстоящий Совет. Я бы хотел подчеркнуть, что выражаю вам свою полную поддержку. Конечно, кроме случаев, когда действия Короля могут нанести урон государству.
— Вы выражаете мне поддержку, даже не зная какой курс я изберу? — уточнил Риган.
— Я не сомневаюсь, что вы выберете правильный. — сдержано ответил министр. — Я лишь надеюсь, что вы обратите внимания на аспекты, которые ваш покойный отец многие годы игнорировал.
Что ж, подумал Риган, одной головной болью меньше. Он рад был иметь такого союзника как Надар.
14."
"Айа сидела на диване, расположенном в гостиной. В камине плясало весёлое пламя, согревая комнату и приятно припекая ей бок. На противоположном конце дивана, развалившись в небрежной позе, сидел Бран, попивая ларсу. На полу у их ног разместился Рун, поддерживая кулаками подбородок. Между Айей и Браном находилась шахматная доска, на которой разворачивалась драма.