– А как я на работу буду ездить? – удивился племянник, отправляя в рот очередную конфету. – Ведь это пока я заработаю…
– Ой-ой-ой! Смотрите на нас! «Заработаю»! – ехидно улыбнулась она. – Первое время ты и на ролики не заработаешь – у меня никто просто так деньги не получает. Машину я тебе подарю, так и быть. Не самую крутую, конечно, но ездить можно будет."
"– А ты сама на чем ездишь?
– На «Хаммере».
– Ни фига себе! – удивленно протянул он. – Это ж целый танк!
– И не говори, а жрет, как автоколонна! Зато в нем безопасно.
Колька уехал только к вечеру, а Марина с отцом сели в гостиной смотреть фотографии. С пожелтевших карточек на Коваль смотрел отец, молодой и красивый, его жена, Димка – то совсем маленький пацаненок, то школьник, то уже курсант школы милиции, очень важный и довольный собой. Но особенно ее заинтересовали снимки, на которых были дед и бабушка. Отец оказался прав – внешне Марина была точной копией этой худощавой, высокой женщины с чуть прищуренными глазами и строгой прической.
– Странно, что я совсем на мать не похожа. Видимо, я ее настолько терпеть не могла, что твои гены вышли на первый план, – заметила Коваль, закрывая альбом.
– Не говори так, Мариша, разве можно так – о матери?
– Я тебя умоляю! Какая она мне мать? К моим двенадцати она уже с трудом помнила, как меня зовут!
– Не сердись на нее, если разобраться, она по-своему тебя любила, – обняв ее за плечи, сказал отец. – Ты просто подумай, ведь она могла вообще не рожать или, родив, отказаться от тебя. Да и потом, когда ты стала постарше, ничто не мешало ей отдать тебя в детдом, но она этого не сделала.
– Хочешь, скажу почему? Просто потому, что для этого нужно было встать с дивана и отвезти меня в этот самый детдом, оторваться от стакана с водкой.
– Ты, надеюсь, приведешь его к нам? Мне очень хотелось бы поговорить со своим зятем.
– Ты ж с ним разговаривал.
– Это не то, – не согласился отец. – Я говорил с ним, как с твоим… как это… бойфрендом, вот, а это совсем не то же самое.