Но Тито Пуэнте умолк. Я знал, что доктор Данко подобно мне вслушивается и всматривается в ночь. Мы оба ждем, когда оппонент сделает первый шаг. Но я мог выжидать дольше, чем доктор, поскольку тот не имел представления, что находится там, в ночи. Он мог предположить, что рядом с домом засел отряд спецназа или даже, не дай Бог, банда фанов «Пурпурного легиона». Мне же было известно, что в доме только он. Я знал, где Данко, а ему не было известно, сидит ли кто-нибудь на крыше и окружен ли дом.
За домом раздался рев двигателя, я непроизвольно напрягся, а катер на воздушной подушке вдруг резко отвалил от пирса. Звук мотора стал выше, катер понесся по каналу и через минуту исчез в ночи. Вместе с ним исчез и доктор Данко.
ГЛАВА 26
Несколько минут я наблюдал за домом. Я не заметил, кто управлял катером, и доктор вполне мог остаться в доме, выжидая, что последует за этим.
Но, прождав несколько минут и поняв, что ничего не происходит, я осознал, что должен отправиться в дом. Обойдя дерево, которое облюбовала в качестве насеста злобная птица, я приблизился к двери.
Внутри дома было темно, но не тихо. Стоя перед выходящей на парковку раздвижной дверью, я услышал в глубине здания глухой стук, за ним последовало ритмичное постанывание, перебиваемое отдельными всхлипами.
Я опять ощутил, как где-то в тайных глубинах моего мозга нарастает волна искушения. Моя Немезида — сержант Доукс — связана, красиво упакована и доставлена в идеальное место, как подарок.