Логан свирепо уставился на него через стол. – И продолжаешь это делать.
- Ноги просто вытянул. Они у меня длинные.
Логан сощурился и опустил стаканчик.
- Как и у меня, но я не трусь ими о…
Тейт снова это сделал.
- Иди в жопу.
- Угу. Я только что подумал, с каким бы удовольствием это сделал. И я соскучился по ощущению тебя внутри меня.
Логан откинулся на спинку, одну руку оставляя на столе, а второй осторожно надавливая на растущий член.
- У тебя садистские наклонности. Ты в курсе?
- У меня? – засмеялся Тейт.
«Что? Нифига он не сменит тему сейчас»
- Прости?
- Утро? Как прошло?
Логан подался вперед.
- Ты серьезно сейчас об этом спрашиваешь?
- Нет. Но тебе, похоже, некомфортно. Так что я попытался помочь тебе расслабиться."
"- В том-то и смысл. Тебе не разрешено помогать мне расслабляться.
Тейт пожал плечами и взял коричневый пакет перед собой, доставая один сэндвич. Протянув один, он откинулся на спинку сидения и достал себе второй, а потом сообщил такое, что Логан был счастлив, что сидел сейчас.
- Ни за что бы не подумал, что я, не принимающий участие, останавливал тебя раньше.
«Он сказал то, о чем я подумал…»
- И я с удовольствием обеспечу тебя наглядным пособием, пока ты будешь трудиться один.
«Да, именно об этом»
- Чтобы помочь тебе расслабиться, естественно
Логан методично разворачивал свой обед и давил Тейта взглядом, который, как он надеялся, говорил о многом. Если то, как облизал губы и сглотнул Тейт, было каким-то признаком, его намерения дошли чертовски отчетливо.
- И какого характера наглядное пособие?
- Какого захочешь.
Логан покачал головой.
- Тебе нужно быть конкретнее, если ты хочешь уговорить меня.
- А тебя нужно уговаривать?
- Эй, это ты делаешь предложение.
Выражение на лице Тейта говорило, как именно он предпочел бы «дать», и пока он распаковывал еду, Логан видел, как крутились колесики в его голове.
«Да, давай же. Расскажи, чего именно ты хочешь»
- Очевидно, что это будет несколько ограничено, - начал Тейт, когда Логан откусил кусок от своего сэндвича. Но не смог бы определить, с чем тот был, потому что был слишком увлечен голодным выражением, мелькнувшим только что на лице Тейта.