Или на следующей неделе.
И удивительно шустро исчезли, бодро перебирая ножками.
— Ну всё! — схватился за голову принц. — Теперь во всех газетёнках начнут издеваться. А всё из-за этой пришлой!
Афониан с ненавистью посмотрел на меня и даже ткнул пальцем в лоб, чтобы ни у кого не осталось сомнений, кто станет причиной унизительных слухов.
— Угрозы беременной дракономатери мы тоже запишем и к делу подошьём, — достала блокнотик леди Кастарция.
— Я пока даже не начал угрожать, — прорычал принц и вышел, хлопнув дверью.
— Пусть идёт, он среди отцов твоих детей не отметился, — деловито строчила что-то демоница. — А вот имена остальных я зафиксирую для протокола.
Я едва сдерживала смех, пока леди Кастарция записывала данные сопливых драконов. Рыжего звали Кузиавард. Веснушчатая физиономия будто напрашивалась на прозвище Кузя. Симпатичный черноволосый мужчина носил звучное имя Дрюниан, а потому моментально стал Дрюней. Шатен Валерид и миловидный блондинчик Ленариан тоже сократились до Валеры и Лёни.
Им легко! Всего одно имя выучить нужно — моё.
— Ну всё, завтра в полдень жду вас в суде, — с видом дорвавшейся до сливок кошки заявила демоница.
Она даже облизнула нижнюю губу, подчёркивая сходство с грациозным, но опасным домашним животным. Наверное, многие помнят видео, где чёрный котик медведя прогоняет? Вот и изящная леди легко и непринуждённо заставила мужчин отступить, дав нам дорогу.
"— Ну всё, на сегодня достаточно. Тебя надо привести в порядок, чтобы растопить сердце старого судьи. А мне подготовиться получше. Так что твоя задача на сегодня — выложить мне все подробности. Пока я больше верю гномам с их версией про миниатюрные… достоинства. Измельчал нынче дракон!
Последнюю фразу леди Кастарция произнесла уже на выходе из дворца, но специально обернулась, чтобы вышедшие в холл мужчины расслышали. Я не удержалась и тоже посмотрела назад, где грустили драконы.
— А впереди вас ждёт много интересного! — послышалось с улицы через открытые двери.
На широких ступенях перед дворцом сидела темноволосая эльфийка. Остроконечные ушки и подчёркнутая субтильность не оставляли простора для воображения. Ну не оборотень же она! И точно не гномка.
— Позолоти ручку, яхонтовая моя, — девушка встала, расправляя широкую юбку.
На длинной шее рядами болтались бусы, тоненькие ручки тоже не остались без украшений.