Дракон для ведьмы с доставкой на дом

С этим справятся фамильяры. Тогда не будет большого потока темных.

— Во имя Странника и Ехидны, хочу в Кайран. Если там все женщины такие… — пробормотал себе под нос  Дракос Тэджун. Потом добавил громче: — Гм-м… Надеюсь ваши писаки, то есть журналисты расскажут людям правду, и те поберегутся.

— Неважно, что они расскажут. Мы с Майли снимали встречу на видео и тут же выкладывали его в видеопотоки Мемосферы, — сказал Дарис, и Дракос Тэджун одобрительно хмыкнул. — Люди уже получили информацию.

Проводив гостей, а некоторых выпроводив, Дарис и Авелена принялись учить Мудрейшего трансформации.

Как и у Дариса в начале, у него ничего не получалось. Авелена поделилась с ним силой, но и это не помогло. Дракос Тэджун разозлился.

— Не могу понять, а я ненавижу, когда не понимаю, что происходит! Вы точно мне все рассказали? — Он мерил шагами мастерскую Авелены и пыхтел как допотопный паровой котел. Выручила Роза. Кусь за ягодицу, на этот раз левую, переключил внимание Мудрейшего с одной тайны, на другую. — Ай! Эй! Что это? Что это опять было?

— Роза.

Вы ей нравитесь, — пояснила Авелена. — Поэтому она тренирует в вас боевой дух. Говорит, вам надо женщину найти. Если увидит подходящую, скажет.

Дракос Тэджун вспомнил, чего еще хотел!

— Кольцо! Мне надо разговорное кольцо! Это вы можете сделать? Ни женщины, ни трансформации, хоть с лошадьми по душам поговорю.

Авелена трансформировала кусок серебра, взяла кровь у Грома и Розы, прочитала заговор на каждого и вскоре разговорный амулет был готов.

Сдав Мудрейшего на руки, то есть на копыта фамильяров, а гостей на попечение Ариана Лэя, Авелена с Дарисом сбежали в дом.

Дар аккуратно, но быстро избавил свое солнце от одежды и усадил на кровать. Сам расположился сзади и запустил сильные пальцы в ее волосы. Авелена застонала от удовольствия. От мягких массажных движений по телу побежали мурашки. Дарис осторожно оттягивал пряди, нажимал на определенные точки, и Авелена поняла, как была напряжена весь день. Расслабление волнами расходилось по ее телу.

Нежные движения, поглаживания, нажатия несли покой и приводили мысли в порядок. От головы и ушей, Дарис спустился на шею и плечи.

“Все хорошо, а будет еще лучше. Ты любима и ты желанна. Я с тобой. Я всегда буду с тобой,” — говорили его руки, и Авелена знала, что так и есть. Она повернулась к Дарису. Рядом с ним желание охватывало ее мгновенно. При одной мысли о его стройном, натренированном теле, ее женская сущность воспламенялась, требуя близости.