Что я и сделала с превеликим удовольствием. То есть скрываться, конечно, не стала, но уселась на траву и решила гипнотизировать Расщелину, лишь бы не встречаться взглядом со Златокрылым.
— Блейк, — он опустился рядом, — расскажи мне, что такое почувствовала Берр?
Покачала головой, боясь, что разревусь, если начну говорить.
— Блейк, скажи, почему ты расстроилась, — уже настойчивее потребовал Кайл.
Снова помотала головой и стиснула зубы. Погонщицы не сдаются. А я почти Погонщица."
"— Этот день должен был быть другим, — вдруг сказал Кайл.
Я взглянула на мужа. Он как-то странно улыбался, совсем чуть-чуть, но тоже смотрел в сторону города.
— Я должен был привезти тебя сюда. Накормить клубникой, напоить шампанским, подарить колечко. Сказать, что хотел было приготовить документы, но последние три месяца то на работе дела мешали, то насморк начинался, то бумаги не хватало. Я находил очень много разных дел, лишь бы не заниматься документами. Так что нет у меня ничего, и если ты хочешь уйти, придется подождать неделю-другую.
— Ты не собирался разводиться? — от волнения в горле пересохло.
— Нет. Я не хочу, чтобы ты уходила. Зачем? Но раз ты хочешь, я решил не препятствовать.
— Я думала… Я думала, раз год прошел, мне не место в твоей семье. Ты ведь хотел наказать меня, и все.
— Блейк! — Кайл, к моему удивлению, рассмеялся. — Наказать… Какая ты глупая, ласточка моя. Сделать тебя матерью моего ребенка — это наказать? Исполнить твою мечту стать Погонщицей — наказать? Каждую ночь сходить с ума по тебе — тоже наказание? Если только для меня.
— Я не хочу от вас уходить, — прошептала я. — Я вас люблю.
Меня обняли и уложили головой на колени к мужу. Рука запуталась в волосах, прошлась по щеке.
— Мы тебя тоже любим. Блейк, как ты могла подумать, что я хочу тебя выгнать?
— Не знаю. Просто так подумалось.
— Тебя Элька мамой зовет. К тебе я с работы иду. С тобой я провожу вечера, выходные. Ты вправду думаешь, что я просто наказываю тебя за какую-то глупую бумажку?
— Это твои слова, не мои, — резонно возразила я.
— Я никогда тебе не говорил, что люблю тебя? — спросил Кайл.
Я лишь покачала головой. Действительно не слышала от него за этот год такого признания. Много, много было ласковых слов, но заветных, о которых я мечтала, не было. Лишь сказанная давным-давно фраза, что он не способен любить.
— Я тебя люблю, — фыркнул Кайл прямо мне в ухо.