Мы сели, я позволила себе опереться спиной об мужа. Он сразу меня обнял и ласково гладил по виску. Настроилась на него — злости или чего-то такого у него не было, было какое-то спокойствие. Странно.
— Карен, что днем было?
Ощутила, как он усмехнулся.
— Как принес тебе шкатулку пошел Машких друзей ловить. Немного отлупил и закрыл в темнице.
— И что с ними будет?
— Не знаю, но так просто они от туда не выйдут. На совет решали что с ними делать, но мнения расходятся. Кто-то предлагает высечь и отпустить домой. Кто-то высечь и отдать на неопределенное время нам в семью в качестве бесплатных работников.
Усмехнулась и сказала мужу:
— Я для них ни когда не стану своей.
— При чем тут они, ты часть моего народа. Ты ею стала, как только забеременела, а нападать на своих, тем более на женщин это подло. Я уже молчу, что нападать на женщину ожидающую малыша.
— Я поддерживаю твой вариант, — сказала я усмехнувшись. — А что с Машкой?
— А ее замуж выдали, уже. Без праздника и гуляний, просто поставили перед фактом. А Сережка присмотрит за ней. Скажем так, он ее из дома не выпустит ближайший месяц точно, а то и больше, — посмотрела на Карена удивленно, потому что он был крайне доволен. — Ну просто Сергей уже был женат, но у него жена умерла в первый их год совместной жизни.
— Понятно, — сказала я весело — тогда правильней сказать не из дома, а из кровати не выпустит.
— И из дома тоже. Он просто Машке не настолько доверяет и хочет быть уверенным, что ребенок будет именно от него.
— Замечательно, значит, ближайший месяц будет спокойным.
Немного дернулась от того что боль резко прекратилась.
— Что случилось? — обеспокоено спросил муж.
— Боль прошла, посмотри припухлость ушла?
— И следа не осталось, идти сможешь?
Встала, немного походила, улыбнулась сама себе, нога уже не болела, ребра и лицо тоже.
— Пап что с ребята все таки решили делать?
— Высечь, потом посидят немного в темнице после этого и работать у нас будут.