Не зная, что ему ответить, Рольф сокрушённо покачал головой и, вздохнув, пустил в ход свой последний аргумент:
– А если кто-то выживет и расскажет всем, что мы использовали такое оружие? Что о нас другие подумают? Что воины «Синей акулы» стали законченными трусами и боятся честного боя?
– А мне плевать, что там другие подумают, – огрызнулся Вадим. – У нас теперь другие цели, и я не собираюсь подыхать только потому, что кто-то может что-то подумать. Если кому-то захочется проверить меня на прочность, пусть приходит и бросает мне вызов.
– Есть. А зачем тебе? – не понял Юрген.
– А то, которым я его огрею, всё равно о его дубовый череп сломается, – усмехнулся Вадим, пытаясь разрядить обстановку.
Услышав его слова, воины дружно расхохотались. Не удержался от усмешки и сам Рольф. Покачав головой, он лишь пожал плечами и буркнул:
– Книгочея всё равно не переспоришь.
– Вот и не пытайся.
– Добудешь тут славу, если ты каждого встречного-поперечного сжигать собрался, – проворчал в ответ гигант, снова берясь за весло."
"Пока они спорили, замеченные Свеном корабли подошли на расстояние, с которого их могли разглядеть все остальные воины. Всмотревшись в цвета парусов, Юрген скривился и мрачно покачал головой.
– Что-то не так? – насторожился Вадим, заметив его жест.
– Это прихвостни Рыжего. Его так называемая гвардия. Паруса его цветов, значит, на кораблях его люди. Из его клана.
– Тем лучше. Потопим их – и ослабим его. Сколько всего у него кораблей?
– Когда всё только начиналось, было двадцать. Больше всех. Он собирался строить ещё два. Так что сейчас и не знаю, – вздохнул кормчий.
– Выведи нас дальше на глубину. Не хочу, чтобы кто-то из них добрался до берега, – тихо сказал Вадим, не сводя глаз с приближающихся кораблей.
Их давно уже заметили, и теперь оба паруса целеустремлённо шли в их сторону. Расправив плечи, Свейн прошёл на нос драккара и, поднявшись на специальную приступку, с которой мог смотреть прямо через голову резного дракона, всмотрелся в подходящие корабли. Заметив, что корабль, шедший с правого борта, находится к ним чуть ближе, Вадим подхватил горшок и, перебежав на нос, приготовился метнуть свой снаряд.