– Ты это мне рассказываешь? – вызверился в ответ Юрген. – Я столько лет был кормчим на твоём корабле, и теперь ты начинаешь рассказывать мне, что такое война?!
– Ты чего орёшь? – растерянно спросил Свейн.
– Прости, – пристыжено буркнул тот. – Просто мы никогда не прятались за спины баб.
– Но никогда и не попадали в такие ситуации, – ответил ему Вадим.
– Ну тут ты, пожалуй, прав, – вздохнул, сдаваясь, Юрген.
– Как ты собираешься узнать, что происходит в других ямах, если там охрана торчит? – перешёл к делу Свейн.
– Если их только двое, как вчера вечером, то просто проберусь у них под носом. Это не охрана, а одно название, – усмехнулся Вадим.
– Название не название, а копья у них настоящие. И пользоваться ими они умеют, – заметил капитан.
– Несколько минут назад кое-кто решительно обещал порвать их всех голыми руками!
Кормчий рассмеялся. А капитан покачал головой и, разведя руками, ответил:
– Да уж, книгочея не переспоришь.
– Вот и не спорь. Я не лезу командовать кораблём, и ты не лезь облапошивать купцов.
На этот раз смеялись все. Успокоившись, Вадим попросил воинов составить пирамиду и, подобравшись к краю ямы, осторожно приподнял крышку. Грубо сколоченный щит, несмотря на солидные размеры, был достаточно лёгким. Солнце высушило древесину до состояния, когда она начинает звенеть. К тому же местные плотники поленились сделать крышку сплошной, да и сами доски больше напоминали тёс."
"Высунув нос из ямы, Вадим внимательно осмотрелся, увидел обоих охранников, лениво перебрасывавшихся костями, сидя прямо в пыли у ворот, и презрительно фыркнул.
Очень скоро охранники перебрались в тень под стеной, и во дворе никого не осталось.
Моментально извернувшись, Вадим повис на одной руке, придерживая другой крышку, и, оттолкнувшись от стены, спрыгнул.