Идущий, вернее летящий, в открытую вызывает меньше подозрений, чем старающийся подкрасться незамеченным.
Уже смеркалось, когда он заметил дымок над деревьями, у самого берега.
Источником дыма оказался костёр, разведённый, видимо, в качестве маяка для Пауков.
Сами эльфы вовсю обустраивались на ночлег, растягивая меж деревьев навесы и гамаки. Очень разумное решение в жарком, влажном климате. Американские морпехи использовали такие же приспособления во время боёв на Тихом океане во время Второй мировой войны.
Спальные места остроухие искусно маскировали, подгибая ветви деревьев и кустарников и связывая их между собой.
Пленные смирно сидели на земле в сторонке от основного лагеря, под надзором двух часовых. Раненых видно не было: может, добили, а может, отправили домой, в местный госпиталь.
«Магов чувствуешь?» — спросил Стриж у демона.
Именно остроухие маги были его ахиллесовой пятой. Он ещё не испытывал на себе действия их заклинаний, но очень даже могло быть, что иммунитета к ним нет, как и к силе демонов.
А магу глубоко пофигу насколько продвинутый у него крылатый доспех: зажарит в собственном соку, или устроит ему казнь «электрический стул».
«Нет», — в голосе демона слышалось разочарование, а вот Лёха преисполнился оптимизмом.
Не особенно опасаясь, он подлетел к эльфам и демонстративно-неторопливо приземлился в стороне.
Что там за конфликт у местных между собой — он не представлял, а с выводами торопиться не хотел. Идти на конфликт — тоже. Он вряд ли закончится хорошо и, кто знает, останется ли в живых кто-то из владеющих языком людей.
А в том, что при контактах с Пауками кто-то должен понимать их язык, Стриж практически не сомневался. Был, конечно, небольшой шанс, что это один из магов освоил эльфийский, но это вряд ли.
— Я хочу поговорить! — громко объявил он, внимательно отслеживая тех ушастых, что схватились за луки. — Натяните тетиву — будет плохо. Я нервный.
Напуганными эльфы не выглядели — скорее удивлёнными и заинтересованными. При виде крылатой брони их глаза алчно засверкали.