Недавно я ходила к врачу, чтобы он выписал мне более сильное снотворное. Таблетки на самом деле сильные, сегодня утром у меня немного кружится голова, и меня чуть покачивает.
– Мне нужно зайти в Sport 2000[41], – говорит Брент. – У меня вчера хайбэк[42] треснул.
Мы с Кертисом сидим на снежной насыпи перед магазином, ожидая, когда вернется Брент. Из расположенной неподалеку кондитерской пахнет шоколадом – ветер доносит до нас его запах. У меня текут слюнки.
– Как там Джасинта? – спрашиваю я. – Ты поддерживаешь с ней связь?
– Да.
– Отлично. Передавай ей привет от меня.
– Передам.
Мужчина бежит за женщиной по улице и бросает ей в спину снежок. Я смеюсь. Им по пятьдесят с лишним. В только что выпавшем снеге заключено какое-то волшебство – он словно пробуждает спящих в нас детей.
По долине разносится гул, идущий издалека, и я сразу же прекращаю смеяться.
Еще более громкий звук взрыва заставляет меня дернуться и поморщиться.
– А почему ты выбрала хафпайп из всех видов спорта? – спрашивает Кертис. – Почему не бег? Или что-то еще?
Он понимает, что я сейчас чувствую? Я думаю, что вполне может.
– Вероятно, из-за Человека-паука.
– Из-за кого?! – ошарашенно переспрашивает Кертис."
"– В детстве нас с братом поражало то, как Человек-паук цепляется за стены. Мы пытались повторить трюки – раскладывали матрас на полу у стены и взбегали на нее.
Кертис хохочет. Наверное, он считает меня странной.
– А ты? Почему хафпайп? – спрашиваю я.
Он становится задумчивым.
– Если ты катаешься в сноупарке, то максимально можешь сделать четыре или пять прыжков. Биг-эйр – один прыжок.