Безымянная наида тенью сползла со стула и покорно присоединилась к молчаливой процессии. Пожала плечами и пошла следом за ними.
Посмотрим.
Мы очутились в небольшой гостиной, казавшейся особенно маленькой и уютной по сравнению с торжественно-монументальной столовой. Высокие панели из светлого дерева, щедро украшенные объемными резными гирляндами, мягкие овальные формы окон — все это делало помещение похожим на волшебную шкатулку. В нише одной из стен звенел, переливаясь на свету брызгами, крошечный фонтан, выложенный майоликой с изображением диковинных птиц и зверей.
Очаровательная комната.
В другое время с удовольствием полюбовалась бы причудливым интерьером, но сейчас было не до него. Я лихорадочно пыталась сообразить, как себя вести.
Маска вежливой глупости и образ навязчиво-болтливой блондинки выручали меня в серпентарии Паальды и, наверное, сработали бы наедине с Лагастой. Но ее спутницы — Эонора и вторая, так и не представленная мне дама, — тоже наиды. Мою любимую «Счастливую звезду» читали и о том, что должна или не должна делать женщина для утех, прекрасно знали.
Что же делать?
Все решилось само собой.
Лагаста не стала ни злобно коситься, ни презрительно фыркать, ни цедить сквозь зубы ядовитые любезности. Супруга Арвита не позволила проявиться ни единой эмоции — поступила так, как положено и предписано нормами, правилами и традициями.
— Располагайтесь, сирра Кателлина, — бесстрастно глядя сквозь меня, произнесла она неестественно ровным голосом.
Механическая кукла с набором вариантов поведения, один из которых — образцовая хозяйка дома.
— Благодарю, ничего не надо, — ответила в тон женщине. — Если позволите, я просто посижу, дождусь наставницу. Действительно немного устала.
— Как будет угодно, — откликнулась идеальная супруга главы рода Арвит и развернулась к наиде, не отходящей от нее ни на шаг.
Я устроилась на мягком диванчике возле понравившегося мне фонтана, прикрыла веки и приготовилась ждать Кариффу.
Не пронесло.
— Позволите присоединиться? — пропел серебристый голосок, и на соседнее кресло опустилась красавица Эонора.
Она сделала это так изящно и грациозно, что почудилось, будто рядом со мной, трепеща крылышками на ветру, села прелестная хрупкая бабочка.