Выражение его лица, конечно, оставляет простор для фантазии. То ли раздражение, то ли бешенство, то ли просто возмущение.
Но в любом случае, он уже завоевал в нашей компании славу строго, вечно недовольного, резкого руководителя, который периодически активно песочит своих сотрудников.
Поэтому плечи сидящих напротив меня мужчин мгновенно поникли, а на лицах всех троих появилось затравленное выражение.
Я решаюсь поскорее закончить речь и повторяю:
– На этом у меня всё.
Константин Юрьевич медленно обводит свирепым, как мне показалось, взглядом присутствующих и останавливает сердитый прищур глаз точно на мне.
– Совещание? – на весь кабинет раздаётся его возмущённый голос.
– Да, но мы уже закончили, так что…
Не успеваю даже продолжить свою вежливую фразу, потому как Шахов тут же рявкает на весь кабинет:
– Господа, вы с Мией Эдуардовной уже обсудили подробности, поэтому всем можно возвращаться на места.
Особое приглашение никому не понадобилось. Мой собственный заместитель и два начальника отдела мгновенно вскакивают со своих мест и, очертя голову, несутся прочь, бормоча слова прощания.
Вот как ему это удаётся?!
Дверь за ними тихонько закрывается… и мы с ним остаёмся наедине. Нас разделяет небольшое расстояние и мой письменный стол.
Молчание затягивается. А я чувствую себя не в своей тарелке, потому как Шахов вновь ставит меня в ступор.
– Костя, что-то случилось?
– Это так очевидно?
– Вообще-то, да."
"Он быстро приближается и заходит мне за спину.
Уверенным движением накрываю его пальцы своими.
– Не молчи, пожалуйста.
Шахов наигранно-непринуждённым и фальшиво-спокойным тоном, словно невзначай, интересуется:
– Золотце, а когда ты в последний раз виделась с Гордеевым?
Вопрос меня озадачивает.
– Ты про Игоря?
– Про него.
– Не помню, – кажется, это было как раз перед знакомством с мамой Шахова. – Возможно, недели две назад. Может раньше. А что стряслось?
– Вы общаетесь? – я напрягаюсь ещё больше.
– С той встречи нет. Да что такое-то, Костя?
– Где вы пересекались? – эммм… пересекались?
Где-где? У меня дома. Да уж… Как бы мне всё это поприличнее оформить и облечь в слова.