Сердце сделало кульбит и бултыхнулось куда-то в живот. Тоня, не дыша, смотрела, как он приближается. Замерла как кролик перед атакой удава, не в силах шевельнутся. Расстояние катастрофически сокращалось. Единственное, на что у неё хватило ума и сил это сделать шажочек назад, чтобы упереться спиной в стену.
Взгляд Макса не предвещал ничего хорошего. Если бы Тоня относилась к легко воспламеняемым веществам, уже бы давно горела. Она судорожно поддёрнула полотенце вверх. Так себе защита. Макс затормозил, не доходя полметра.
— Имя? — его голос вибрировал от клокочущих эмоций.
— Что имя? — невнятно проблеяла Тоня.
— Твоё имя, — его руки уперлись в стену по обеим сторонам головы.
— Моё имя? — трусливая попытка оттянуть неминуемое. Тоня поняла, что Макс уже всё знает, как только он переступил порог. Кто-то ему рассказал или сам догадался?
— Да, — хриплым зловещим шёпотом повторил он. — Хочу знать имя той, которая три недели выворачивала мне душу наизнанку.
Он сократил последние сантиметры и его бёдра припечатали её к стене. Близость одурманивала.
— Имя? — его дыхание коснулось губ.
Медлить с ответом себе дороже.
— Т-тоня…
— Тоня, — повторил он, смакуя, как завоёванный трофей.
Максу понравилось непривычное сочетание звуков.
— Тоня, — прозвучало почти нежно, хотя в нём всё ещё клокотала злость.
Эти две авантюрные девчонки устроили какие-то дурацкие игры с подменами, а он чуть умом не тронулся от горечи, ревности и отчаяния.
Когда на середине конкурса Макс понял что к чему и кинулся к комнате Белинды, был почти уверен, что застанет там ту другую — свою.
Она так забавно испугалась. Кинулась подтягивать полотенце вверх, забывая, что, пряча от его взгляда одно, открывает другое. Пятилась, искала пути к отступлению, но в глазах он видел знакомый блеск.