Рунета снова закашлялась. Дыхание восстановилось, только когда больная выпила ещё немного воды.
– Он приедет за мной. Я уверена, – она заговорила быстро и горячо. – Мне только нужно продержаться ещё пару этапов. Как только Гарланд поймёт, что всё серьёзно, что я могу стать женой Лорда, он взорвется от ревности. Белинда, ты же поможешь мне? Дай противоядие от твоего зелья. Мне нужно поправиться. Я больше не буду превышать дозу. Мне нужно ещё немного продержаться, – Рунета сжала руку до боли.
Тоня была ошарашена признанием Рунеты. Смотрела на её лицо, покрытое нездоровым румянцем, и ощущала что-то похожее на сочувствие. Нет, понимала, конечно, что перед ней по-прежнему шантажистка и беспринципная особа, которая совершенно не церемонится, выбирая средства для достижения цели. Но почему-то мы многое готовы простить, когда понимаем, что эта цель – не деньги, не власть, не какие-то материальные блага, а желание быть с любимым.
– Ты поможешь? – Рунета опять вцепилась в руку.
Чем Тоня могла помочь?
– Тебе плохо не от зелья. Ты просто заболела. Наверно, инфекцию какую-то подхватила. Нужно пригласить врача.
– Не лги мне, – вспыхнула Белинда. – Что я, не отличу обычную болезнь от действия химии?
– Не было никакой химии. Думаешь, у меня полный чемодан запрещённых сильнодействующих психотропных препаратов?!
– А что ты дала? Эта дрянь так воняла…
– Это был безобидный яблочный сироп…
Рунета смотрела недоверчиво:
– Странно.
– Ну, там не только сироп был. Ещё селёдочное масло и парочка других компонентов. Но всё абсолютно съедобно.
– Правда?! – глаза вылезли из орбит. – Я боялась, что подохну, а это сироп?!
– Правда.
Может, если бы Рунета не чувствовала такую дикую слабость, то Тоню ожидало бы нападение с царапаньем и кусанием, или даже вырыванием клока волос.
– Вот правильно мама сказала – алхимичка-змеюка.
Она закрыла глаза – разговор вымотал её.
– Попрошу, чтобы к тебе пригласили врача, – поднимаясь с кровати, сказала Тоня. – Подумаешь, инфекция – к следующему конкурсу поправишься, вот увидишь, – подбодрила Рунету.
Выходила из комнаты, испытывая тревогу. Нет, Антонина не боялась, что Рунета её сдаст.