Жилистые, увитые мышцами руки, говорили о том, что на тренировках он проводит больше времени, чем за чтением книг.
— Внимание всем! — парень отступил на шаг назад и, выхватив из-за спины учебный клинок, вскинул его над головой остриём в небо. — У нас тут появился диванный эксперт! Мастер, — протянул он.
— Это граф Орлов! — крикнул кто-то из зрителей, а я поморщился.
Не хотел же привлекать внимание. Видимо, история с Осокиным мне ещё долго будет аукаться. Сначала проректор, теперь кто-то из толпы. С другой стороны, у меня не имелось другого выхода.
— Да? — протянул парень и ощерился в мою сторону, — тогда попросим графа Орлова ответить за свои слова. Он оскорбил меня и всех мечников нашего клуба.
Кто-то подал ему второй клинок в ножнах, и он бросил его к моим ногам.
— Ну же граф, болтать языком, не клинком махать, — парень исполнил мечом эффектную атакующую связку по тени. Выпрямился и добавил: — или Вы струсили⁈ Почему медлите?
В моей молодости такие споры решались без оружия.
Да и к поединку я готов. Мои рефлексы уже полностью проявились в этом теле. Умения боя вернулись в полной мере.
Проблема в другом. Любой оружный бой с моим участием всегда заканчивался смертью.
Я не умею сдерживать удар.
* * *Заведующий военномагической кафедры Конрад Бергсон.
С самого утра у Конрада Бергсона всё шло наперекосяк. То зубная щётка упала в унитаз. То пена для бритья недостаточно смягчила кожу, и бритва порезала кожу. То туалетная бумага оказалась не столь прочной, как заявлено на упаковке.
С самого утра Конрад Бергсон пребывал в раздражении. Оно началось ещё вчера. С момента, когда он чуть не провалили задание, попытался напасть на Кириллоса.
Конрад валил всё на рефлексы. Оправдывал себя годами службы и гнал от себя правду — он столько слышал от Великого Магистра о Аэтосе.
А уж потом сработали рефлексы. Да.
Но страх ушёл. Затаился где-то глубоко в голове, и Конрад себя оправдал. Он похвалил себя за отличное решение. За то, что пожал руку Аэтосу.
Это стоило многого.