Толстые вены, вздувшиеся на напряженном запястье, на лбу и виске, пока его колбасило и дергало над бессильно распростертой мною. Ну и где ты, спасительный приступ тошноты от отвращения? Этот урод обкончал меня, не спрашивая разрешения, плевать он на него хотел, на меня в принципе. Он сделал намного больше, не интересуясь моим согласием, попользовался, как вещью, назвал никем. Ненавижу ли я его за это? Еще как. Но это ни хрена не помогает с основной моей проблемой. Я до изнеможения и дрожи в коленях хочу еще раз пережить то, что он сотворил с моими ощущениями и телом.
— Говоришь о том, что откажись я спать с тобой, и ты бы отдал нас под каких-то извращуг?"
"— Ты еще и в обиде? — фыркнул он насмешливо. — Вы сожгли мой дом, и думаешь, полчасика сна рядом со мной это компенсирует?
Что, бля?
— Полчаса? — офигев, прошептала я.
— Ты же определенно именно сон упоминала, — продолжил явно развлекаться он. — А спала ты как раз столько, потом что-то всполошилась, побежала куда-то.
Ну и скотина же! А я сраное похотливое животное, что внутри уже все трясется от неимоверного голода. Хорошая же из нас вышла бы парочка, да только нам ею никогда не стать.
— Вам что-то подсказать? — буквально спасая меня, рядом с волкокотом появилась Снегирева, и в этот момент я подумала, что не такая уж она, по сути, стерва.
— Я велел тебе не стричься, — полностью игнорируя ее, сказал он мне. — И рыжий терпеть не могу.
Ух ты, как я удачно угадала. Промолчала и вернулась к возведению проклятой пирамиды, с остервенением шарахая банкой о банку. И испуганно замерла, когда мой бывший почти насильник шагнул ближе и поймал прядь из челки.
— Мне нужно повторение, Аяна, — едва слышно, но абсолютно четко произнес у моего уха. Ни тени вопросительной интонации. Потому что это не предложение, от которого можно отказаться. Мерзавец просто ставил меня в известность о своих желаниях и планах воплотить их в жизнь.