Внутри темно, только свет, падающий с коридора, позволяет разглядеть очертания предметов.
Майкл не упал, он просто завалился на кровать и теперь лежит на спине в позе кремлевской звезды.
И нет бы, облегченно выдохнув, развернуться и уйти, но я стою, и как зачарованная смотрю на него сверху вниз. Одна его рука заброшена за голову, а вторая покоится на оголившемся животе. Как раз на дорожке, теряющейся под ремнем джинсов.
Тяжело сглотнув, заставляю себя отвести взгляд. Хватит пялиться, пора уходить. Но, немного подумав, решаю все-таки снять с него кроссовки и накрыть одеялом.
Осторожно, пытаясь не разбудить, снимаю обувь и тянусь через него, чтобы подцепить край покрывала.
Внезапно Майкл открывает глаза, смотрит на меня секунду, а уже в следующее мгновение обхватывает руками и, крутанувшись, подминает под себя.
- Попалась?.. – спрашивает хрипло, нависая надо мной.
Я даже понять ничего не успеваю. Лежу, затаив дыхание, и молча смотрю на него широко раскрытыми глазами.
Я на него – он на меня.
Не произнося ни звука, ведем молчаливый диалог. Только сердце, оглушая, в груди долбит.
Майкл отмирает первый, опустив взгляд на мои губы, кладет ладонь на грудь. Я вздрагиваю. Сердце заходится, подпрыгивая к горлу.
- Ч-что ты делаешь?..
Он не отвечает, продолжая смотреть на губы, медленно сжимает мою плоть через ткань блузки и лифчика.
- Майкл… - прошу тихонько, и он буквально набрасывается на мой рот.
Проталкивая язык внутрь, одновременно прижимается к моим бедрам твердым пахом.
По телу проходит горячая волна, заставляя прогнуться поясницу. Я сама закидываю руки на шею, пробираясь пальцами под ворот его рубашки, и двигаю таз ему навстречу.
- Янка… - хрипит, добравшись до моей шеи.
Вбирает в рот мочку уха, выбивая из моего горла тихий стон.
Где-то в голове задним фоном звенят тревожные колокольчики, предупреждая, что все это неправильно, и мы оба будем жалеть об этом, но я сознательно глушу их звон, не желая поддаваться сомнениям.
Все завтра…
А сегодня хочу, чтобы парень, в которого я влюблена четыре года, стал моим первым мужчиной.
Оторвавшись от моей шеи, Майкл, тяжело дыша, начинает расстегивать блузку, сквозь зубы матеря мелкие, как бусины, пуговки.
В итоге одна отлетает, звонко прыгая по полу. Но мы оба не обращаем на это внимания. Быстро стянув с меня блузу, расстегивает крючки бюстгальтера и, отбросив его в сторону, припадает ртом к твердому соску.