Душа по обмену

Для меня так уж точно! Никею намёк не понравился, но он лишь слегка нахмурился и пренебрежительно уточнил:

— Значит, твой идеал — импульсивность и непрактичность?

— Лучше непрактичность, чем меркантильность и мания величия!

— У тебя не только имя плебейское, но и мировоззрение, — пожав плечами, с прохладцей в голосе вынес вердикт Блордрак.

А вот это было обидно. То есть все, кто не преклоняется перед древностью рода и не в состоянии оценить великолепие приставки «дэйр» — это ничего не понимающие плебеи? Тоже мне пуп земли нашёлся!

— В таком случае ты должен быть доволен, что свадьба не состоялась.

 — Я пыталась не выдать, что задета, но голос невольно повысила. Это было ошибкой.

Стоящие поблизости зрители недавней драмы всё услышали, заметно оживились, навострили уши и уставились на нас в ожидании нового скандала.

— Я доволен, всё к лучшему, — совершенно безэмоционально констатировал Никей и отошёл в сторону, что-то нащупывая в своей сумке целителя.

Зеваки радостно зашушукались, ещё бы — будет о чём посплетничать на занятиях! А к нам с Талмой приблизился сердитый Лурий Кайдерс.

Следов крови на его лице не осталось, но судя по взгляду, теперь он жаждал нашей крови.

— Вы обе мне за это ответите! — прошипел он угрожающе. — Я сегодня же подам жалобу руководству и сообщу о случившемся своим родителям!

От последней угрозы стало смешно. Боже, какие же они здесь все инфантильные! Наверное, это из-за того, что местный год длится значительно дольше земного и, соответственно, детство жителей Алнодора тоже излишне затягивается.

— Я думала, ты взрослый парень, а оказывается, без мамы с папой до сих пор шагу ступить не можешь, как маленький мальчик, — не удержалась от ядовитого замечания.

Кайдерс побагровел, но не произнести, ни сделать ничего не успел. Подошедший Блордрак положил руку ему на плечо и спокойно сказал:

— Если есть претензии именно к этой адептке, их пока ещё следует адресовать мне. Идём в лазарет, там поговорим.

Тем более нужно кое-что сделать для профилактики осложнений.

Не глядя в мою сторону, Никей увёл грубияна, а я потянула притихшую Талму к общежитию, раздражённо бросив собравшимся:

— Всё расходимся, представление окончено!

— Прости, — виновато всхлипнула подруга, когда я привела её в комнату. — Я вообразила, что смогу стать такой же смелой, как ты, вот и призналась ему, дура!

— Ничего, все ошибаются. Главное вовремя осознать ошибку.