Увидев меня, она не смогла скрыть удивления, а потом разозлилась и сердито прошипела:
— Ты как здесь оказалась, толстуха?
— Я здесь учусь вообще-то, — напомнила спокойно, — а где, по-твоему, я должна находиться?
Она недовольно надулась и вдруг брезгливо поморщилась, картинно замахав перед носом руками.
— Фу, от тебя воняет, как от бирозалва, вонючка!
Я принюхалась и ожидаемо ничего не почувствовала. Флакон был плотно закрыт, врёт, зараза!
— Не подходите к ней, а то провоняетесь! — громогласно заявила эта мегера, демонстративно отходя в сторону.
— Зря ты так, слова материальны, особенно слова мага, — сдержанно заметила я, сжимая в кармане флакон и борясь с желанием высыпать его содержимое Моранде на голову. Интересно, как бы она заговорила, сама источая вонь? Идея, конечно, плохая, но такая заманчивая!
— Да что ты можешь знать о магии, зикфа! — высокомерно процедила дочка директрисы. — Твой удел — сгребать навоз и прислуживать высокородным, если позволят, конечно, ведь толстая вонючка вроде тебя никому не нужна!
Моранду несло, и мне стоило большого труда не сорваться на грубость.
— Никому кроме тебя? — уточнила с улыбкой. — Ты, похоже, и дня прожить не можешь, чтобы меня не зацепить. Неужели высокородной эйре больше нечем заняться?
— Что здесь за столпотворение? Хотите опоздать на завтрак? — раздался вдруг зычный голос подоспевшей эйры Конран, которая по совместительству возглавляла целительский факультет школы. Моранда, мазнув по мне угрожающим взглядом, неохотно двинулась дальше. Следом за ней лениво поползли разочарованные отсутствием интересного зрелища адептки.
После вчерашней внеплановой полуголодовки я пропускать завтрак точно не собиралась, но в столовой старалась быть максимально внимательной, чтобы снова не стать жертвой очередного злого розыгрыша.
Не помогло. Всё равно споткнулась о невидимую подножку (магию то мне никак не отследить), благо поднос с тарелками успела поставить на чей-то столик, а вот сама больно грохнулась на коленки к радости белобрысой мегеры.
"Я всё ещё не решила, что с ней делать. Опыта школьных войн и так называемого буллинга у меня не имелось. Правда, после аварии и смерти родителей я долго болела, потом ещё столько же восстанавливалась и в итоге осталась на второй год во втором классе.