Тогда я подобрала палку с земли, и ударила себя по бедру. Все равно, ничего не изменилось.
— Слышала я, что простолюды странные, но чтобы настолько… — протянула богиня леса, осматривая меня скорее презрительно, чем с пониманием. — Хватит калечить себя, болезная. Как я тебя буду продавать с изъянами?
Не успела я и слово сказать, как живые лианы, ранее незамеченными свисавшие с фиолеторвых крон, активизировались. Быстро подползли ко мне, и в мгновение ока опутали запястья крепко. Ну это уже не смешно! Что за фантазия такая? Я едва не плакала, глядя, как еще две зеленые «змеи» обхватили мои щиколотки.
— Что такое, Орихимэ? — дриада придвинулась ко мне, брезгливо подняла край спортивных штанов. — Да на тебе божественная печать… Ты уже кому-то принадлежишь?
— Какая печать? Нет! Я никому не принадлежу, только самой себе… Зачем вы меня связали?..
— Болтливая простолюдка! Идем. Тебе не давали слова в моем лесу! — богиня сделала несколько жестов, и лианы зашевелились, вынуждая меня шагать вслед за брюнеткой.
— Пить хочешь? — мы резко остановились у родника. Прозрачная, как слеза, вода так и манила прикоснуться, но лианы не позволяли.
— Да, — ответила односложно, все еще не понимая своего положения.
Богиня сорвала с ближайшего дерева крупный лист и заставила тот свернуться в подобие стаканчика. Набрала воды.
— Пей, простолюдка.
— Меня зовут Альбина, — огрызнулась я, с неудовольствием глядя как кристальная жидкость выливается из сосуда в землю. — Эй!
— Мне не интересно твое имя, рабыня. Поучишься быть покладистей. Никакой воды, пока не придем на рынок.
— Но я не рабыня! Что за глупости! Я свободная женщина из Москвы.
— Какая упрямая простолюдка мне досталась. Я не понимаю твоего наречия, низшая. Ступай давай, и живее. Иначе к вечеру не доберемся до места, — богиня потащила меня дальше.
Я решила пока не бесить судьбу и дождаться, когда действие «конфетки» пройдет.