Двое под одной крышей

Мастер педикюра, или все же парикмахер? Кем была эта «Акула», которой Натали нарекла вызываемого абонента? Сёма мазнул пальцем по сенсорному экрану телефона.

- Касаткина, ты что, мать твою, творишь?! Или ты не знаешь, когда у тебя сдача проекта?! Да мы с ног сбились, тебя разыскивая...

- Добрый день.

- Добрый... А вы кто? Где Наташа?!

Семён посчитал лишним отчитываться о своем статусе, а вот о состоянии здоровья любовницы доложил, ничего не тая. -Ас кем я, собственно, разговариваю? - опомнился запоздало.

- С Натальей Владимировной... - растерянно проговорила женщина. - Я Наташин непосредственный руководитель. Послушайте... Она точно не может ответить самостоятельно? У нас на следующий понедельник назначена очень важная встреча. Она должна была проработать некоторые вопросы, и...

- Сейчас Натали спит. Но я попрошу, чтобы она вам перезвонила сразу, как только у нее появится такая возможность.

- Натали?! Пожалуйста! Это крайне важно! Может быть, она хотя бы отправит по почте свои наработки? Я бы уж как-то сама их добила.

.. если ей действительно настолько серьёзно не здоровится.

- Я передам ей вашу просьбу. - пообещал Семён и сбросил вызов. Повел носом, принюхиваясь, и, вспомнив о поставленном на огонь бульоне, помчался в кухню. Как он и думал, тот закипел, и теперь вытекал из-под крышки с громким шипением. Черте что... Хотя, было даже занятно вспомнить голодную молодость и приготовить поесть самому. Наверное, ему бы это действительно понравилось.

Готовить время от времени. Но не в том случае, когда он был вынужден это делать три дня подряд, как чертов Гордон Рамзи, потому что, так и не выйдя с выходного, его экономка слегла с давлением... Все одно к одному. Как всегда.

Суп получился наваристым. Ну и что, что выкипело полкастрюли? Зато в оставшейся жидкости сконцентрировалось всё самое вкусное. Сёма почесал живот и налил себе полную тарелку. Хотел, конечно, дождаться пробуждения Наташки, чтобы пообедать вместе, но силы воли не хватило.

Жрать хотелось смертельно. Он уже поднес ложку ко рту, когда на пороге кухни возникла болящая. Она всегда была тонкой, но после трех дней горячки отощала вконец. Только сиськи большими остались. Все, как он любит. Только вот сейчас об этом, наверное, лучше не думать. Наташе не до того... Семен заложил ногу за ногу, чтобы скрыть очевидное возбуждение, и хриплым голосом поинтересовался:

- Ты как?"

"- Лучше... - прохрипела в ответ девушка.