Очень важная информация, особенно когда ты уже стоишь перед благодарной публикой количеством в одно довольное своей выдумкой лицо.
— Не стесняйся! Мне уже нравится, — подбодрил Далтон, — осталось только станцевать.
Хейли тихо ненавидел песню и молчал. Сказать было нечего. Так сложилось, что с танцами у него не сложилось. Омега танцевал только в нескольких случаях: когда он один, когда рядом Пол, когда на него не смотрят. В остальных случаях его будто сковывало по рукам и ногам. И Томас сам для себя решил, что в такой момент его конкурентом в грации оставался только Пиноккио.
— Олененок, ну что ты поник. Я серьезно хочу оценить твои хореографические способности. Вот в клубе я увидел тебя у барной стойки. Поэтому понятия не имею, как ты танцуешь.
— Там играла другая музыка, — пробурчал Томас.
— Но мы и не в клубе. Давай, Хейли, не отвлекайся.
— Марк, я не могу.
— Почему? Не то чтобы я на тебя опять давил. Или в чем ты там меня упрекал. Но ты обещал и должен свое обещание сдержать, — невозмутимо отчеканил Далтон.
— Я плохо танцую. А когда на меня так пристально смотрят, то я танцую еще хуже. Марк, можешь смеяться, но я стесняюсь. Придумай что-нибудь другое, я не отказываюсь от своего обещания, — договорил Томас и синхронно с его репликой закончилась ненавистная музыка.
— Олененок, но я хочу танец. Если я тебя так смущаю, то можешь немного отвернуться, — не сдавал свою позицию альфа. — Это же так легко. Всего лишь двигаться в такт музыке.
— Так покажи. Я постараюсь запомнить и повторить, — огрызнулся Том.
— Нет, хитрый лис. И что мне с тобой делать? — осуждающе покачал головой супруг.
— Марк, ты что, серьезно был уверен, что я станцую? — не верилось омеге. Вот не укладывался в его голове этот вариант.
— Нет, конечно. Но надежда никак не хотела умирать. Хейли, ты испортил мне всю затею, — посетовал Далтон.
Томас запустил руку в волосы и посмотрел куда-то вверх, будто выискивая трещину на идеально белом потолке. Или возможный ответ для разрешения ситуации.
— Пою я лучше, чем танцую, — признался Том.
Далтон даже застыл с айподом в руке и воззрился на Томаса с таким удивлением, что омега растерял всю уверенность в своем решении.